В последней передаче «Код доступа» Юлия Латынина заявила: «Мне не хватает новостей о чем-либо, что эти самые верующие сделали в том, что касается благотворительности, помощи и любви… Как-то я не вижу новостей, чтобы они (верующие) устроили хоспис для бомжей. Бомжами у нас, как известно, занималась доктор Лиза».
Новости - штука странная. Ведь они есть, но вот не все их видят. Пафос Латыниной понятен: ничего, мол, эти верующие не делают доброго, светлого, вечного, а только и норовят что-нибудь эдакое запретить. И пафос этот был бы оправдан, если бы верующие действительно ничего не делали. Но они делают, даже если кто-то этого не видит!
За последние 6 лет число церковных приютов для женщин в трудной жизненной ситуации увеличилось с одного до 46. По стране открыто около 150 церковных центров помощи наркозависимым, это и пункты первичного приема, и центры ресоцилизации, и дневные стационары, и «дома на полпути», и конечно, сами реабилитационные центры. На днях, кстати, открыли еще один в Челябинске. Для справки: в стране каждый год открывается от 5 до 10 новых церковных реабилитационных центров.
И бездомными ведь «эти самые верующие» тоже занимаются! Многие слышали, что с 2004 года каждую зиму по вокзалам ночной Москвы курсировал автобус «Милосердие» - это история про спасение жизней тех бродяг, которым негде ночевать. Без такой помощи они просто замерзли бы насмерть на улице. Наверняка проект можно было сделать лучше, но на тот момент ничего другого в Москве в принципе не было. Не так давно этот опыт взяли на вооружение московские власти и запустили аналогичную службу с автобусами «Социального патруля». После чего те самые верующие смогли переключиться на другую помощь бездомным: открыли для них специальную палатку недалеко от Курского вокзала, начали усиленно заниматься профилактикой бездомности: связываться с родными, приобретать для бездомных билеты на родину, восстанавливать документы. Вот недавно открыли центр по трудоустройству бездомных, о чем написали многие СМИ. И эта помощь развивается не только в Москве: по стране у Церкви 95 приютов для бездомных, плюс 10 мобильных служб помощи (подобных московскому автобусу «Милосердие»).
Что же касается хосписов, то позволю себе напомнить Юлии Латыниной, что первый в стране детский хоспис (тот, который в Петербурге) открыл верующий, священник - протоиерей Александр Ткаченко. В конце года, кстати, ему государственную премию вручали в области благотворительности. Об этом сообщали главные СМИ страны, включая - внимание! - «Эхо Москвы».
Ну да что там один протоиерей!.. Мало? Но ведь он не один. В церковной больнице святителя Алексия в Москве несколько месяцев назад открылось паллиативное отделение для жителей всех регионов (естественно, туда поступают вне зависимости от конфессиональной принадлежности). На Рождество Патриарх Кирилл посещал именно это новое отделение, и тоже не тайным образом - многие СМИ написали и сделали телерепортажи про визит Предстоятеля. Помимо больницы, уже не первый год в Москве работает детская выездная паллиативная служба, респис для тяжелобольных детей православной службы «Милосердие»: это и врачи, и соцработники, и психологи, на попечении которых около 100 детей. В Твери еще один протоиерей - Александр Шабанов старается преобразовать выездную паллиативную службу в полноценный хоспис - именно этим путем в свое время шел и отец Александр Ткаченко.
Есть еще больше 40 богаделен (это такие приюты для стариков), свыше 60 центров гуманитарной помощи - это такие склады, куда все нуждающиеся могут прийти и получить бесплатно одежду, кроватки, коляски, средства гигиены. По инициативе Патриарха Кирилла таких складов в ближайшее время станет больше: средства на их создание уже направлены в 48 епархий (замечу в скобках, что и об этой программе развития центров гуманитарной помощи писали российские СМИ).
Еще в Церкви около 400 сестричеств милосердия: это сообщества «этих верующих» женщин, которые посвятили свою жизнь служению любви и милосердия. И число таких сообществ с каждым годом увеличивается. Сестры милосердия ухаживают за лежачими больными в больницах и на дому, обрабатывают пролежни, выносят судна, ухаживают за инвалидами в психоневрологических и детских интернатах - как правило, в самых тяжелых отделениях, где находятся те, на ком наше общество поставило крест.
Наверное, Юлия Латынина сильно удивится, если узнает, что в Церкви активно развивается и добровольческое служение, причем добровольцами часто становятся молодые люди. В Москве только в одной православной службе добровольцев «Милосердие» свыше 1500 человек - это и менеджеры среднего и высшего звена, и инженеры, и врачи, и бизнесмены, и студенты. Эти люди, как правило, не делают заявлений, ничего не стремятся запретить, а просто помогают людям - одиноким старикам, инвалидам, многодетным семьям, детям-сиротам.
Скажу еще одну вещь, для многих, наверное, совсем удивительную: Церковь по некоторым направлениям социального служения опережает государство. Я буду рад, если кто-то назовет хотя бы один проект в стране, подобный питерскому церковному Центру социальной адаптации подростков святителя Василия Великого. Сотрудники этого центра возвращают к нормальной жизни подростков, которые совершили правонарушения и получили условные сроки. Будет здорово, если где-нибудь появятся аналоги церковного «Дома слепоглухих» в Пучково, или Свято-Софийского социального дома для детей и взрослых с тяжелыми множественными нарушениями развития, или пензенского проекта сопровождаемого проживания инвалидов «Квартал Луи», или московской службы помощи больным боковым амиотрофическим склерозом, или детского сада для детей со средней и тяжелой степенью ДЦП. Но пока аналогов таким церковным проектам или нет совсем, или их очень мало.
Понятно, что церковная благотворительность находится еще в стадии становления. И то, что при каждом крупном приходе по инициативе Патриарха Кирилла введена должность социального работника, и то, что каждый год появляется больше 100 новых церковных социальных проектов - это, конечно, только начало. Но не говорите мне, пожалуйста, что церковной благотворительности нет, и в новостях о ней ничего не сообщают.
Другой вопрос - почему об этом не знают некоторые обозреватели «Эха Москвы»?
Ведь как получилось? Чтобы поговорить о церковной благотворительности, Юлия Латынина, как она сама признается, «специально посмотрела на соответствующий раздел по благотворительности на сайте Патриархия.ру». Не найдя там конкретики о сегодняшнем состоянии благотворительности, она и сделала ряд, скажем так, поспешных выводов.
Но вот в чем дело. Статья, которую она цитировала и которая действительно опубликована на Патриархии.ру - это статья, во-первых, 2010 года, во-вторых, на тему «правовых аспектов благотворительной и социальной деятельности религиозных организаций», в-третьих, написанная (внимание!) адвокатом Адвокатской палаты Санкт-Петербурга К.Б. Ерофеевым, и в-четвертых, это не материал самого сайта Патриархия.ру, а перепечатка статьи из журнала «Приход». И эту статью, конечно, никак нельзя назвать «соответствующим разделом по благотворительности на сайте Патриархия.ру». Это просто неверно.
На самом деле с сегодняшним состоянием церковной благотворительности познакомиться очень просто: в Церкви есть целый специальный Синодальный отдел - по благотворительности. И у него есть сайт - можно на него зайти и просто посмотреть, чем занимаются «эти самые верующие».
Такой у нас код доступа.
Последние десятилетия стали для России временем отказа от государственного атеизма, возвращения к большинству человечества, легально, свободно и открыто исповедующему какую - либо религию. Теперь признается, что религия является одним из самых мощных скрепов государства и общества, что религиозная несвобода свидетельствует и о духовной, и о социальной деградации общества. Так что изменение отношения общества к религии и ее институтам, в частности к институту церкви, надо признать благотворным не только для религиозных организаций, но для общества в целом.
Нельзя однако не заметить, что легализация религиозной жизни породили новые проблемы, затрагивающие разные сферы общественной, государственной и частной жизни. К религиозным общинам были предъявлены требования участия в обновлении общества. Люди ждали интереса церкви, и прежде всего Русской православной церкви, к повседневным и насущным земным проблемам. Государство ожидало от церкви поддержки и одобрения своих действий, придания им респектабельности, особенно в глазах цивилизованного мира. Надо же было дать понять, что власть имеют не очередные большевики, мятежники и анархисты, а цивилизованные люди, с которыми можно и нужно договариваться, сотрудничать, которым не опасно давать кредиты и прочее, и прочее. И замелькали перед образами фигуры политиков со свечками в руках, в президиумах возникли непременные священники, и зазвучали в речах цитаты из Библии, и лидер коммунистов заявил, что два раза с карандашом в руках он прочитал Коран, и хлынул в страну ничем не сдерживаемый рой "проповедников слова Божьего".
В целом в последние годы религиозная жизнь в России вошла в более или менее спокойное русло, стала делом привычным, стала частью общественного и для многих личного обихода. Россия не стала страной с повышенной, экзальтированной религиозностью большинства населения и пока еще сохранила облик страны с высоким уровнем христианской культуры, подразумевающей свободу личности, в том числе и в вопросах религиозного выбора, терпимость в вопросах веры, способность к диалогу, в котором все готовы сотрудничать во имя духовных ценностей, сформулированных в свое время еще Кантом: Истины, Добра и Красоты.
Свое участие в делах государственных Церковь может реализовать через сотрудничество в тех областях, которые соприкасаются со сферой ее интереса, и одним из важнейших являются дела милосердия и благотворительности, развитие совместных социальных программ, работа по профилактике правонарушений, попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы, поддержка института семьи, материнства и детства.
Православная Церковь в России обладает правом заниматься благотворительной деятельностью. Однако масштабы церковной благотворительности несопоставимы с масштабами социальных бедствий, требующих участия Церкви. В значительной степени эта ситуация объясняется тем, что у Церкви до сих пор нет стабильной финансовой базы, которая позволяла бы ей осуществлять широкую благотворительность. Главным источником дохода для Церкви остаются, как и в советское время, добровольные пожертвования верующих. Однако на одних пожертвованиях невозможно развернуть широкую благотворительность: возможны лишь отдельные проекты, осуществляемые благодаря привлечению частных спонсоров. Другой комплекс проблем связан с просветительской деятельностью, которой Православная Церковь в России занимается, однако, опять же, не в том масштабе, в каком могла бы. Благотворительность не мыслится без возрождения религиозно-нравственного воспитания. На этой ключевой идее построена выдвинутая РПЦ концепция духовного просвещения и благотворительности.
Она содержит следующие первоочередные и перспективные задачи: возрождение прихода как христианской общины единомышленников; возрождение церковных братств и разного рода церковных движений; организация церковного здравоохранения; создание епархиальных комиссий по благотворительности; подготовка преподавателей катехизиса; организация благотворительного бюджета (приходского епархиального, общецерковного). Конкретные направления благотворительной работы включают также создание епархиального дома для престарелых, церковного интерната для сирот, книжных магазинов духовной литературы, епархиальной библиотеки, комитета социальной помощи, специализированных приходских учреждений (воскресных школ, курсов катехизаторов для взрослых, детского сада, библиотеки, столовой, общества трезвости и пр.). Веками Православная Церковь выполняла великую миссию, развивая патриотическое отношение к прошлому, препятствуя нарушению социального равновесия во имя будущего нации. Поэтому всякий раз, после социального потрясения русская культура возрождалась, обнаруживая незыблемость своих духовных основ. Социальное служение Русской Православной Церкви За последние годы Русская Православная Церковь значительно усилила работу в области социального служения и благотворительности. Эта работа осуществляется на общецерковном и епархиальных уровнях через Отдел по церковной благотворительности и социальному служению Московского Патриархата (ОЦБСС МП), возглавляемый архиепископом Солнечногорским Сергием, Управляющим делами Московской Патриархии.
Каковы же основные направления РПЦ в наши дни? 1) Значительное место в деятельности Отдела занимают медицинские программы. Одним из наиболее важных направлений в социальном служении Русской православной церкви сегодня, как и прежде, является помощь страдающим людям в рамках медицинских учреждений (больниц, госпиталей). В конце 1990 г. в Санкт-Петербурге рядом с Духовной академией открылась первая в нашей стране после 1917 г. церковная благотворительная больница святой блаженной Ксении Петербургской. Руководство Центральной клинической больницы Московского Патриархата во имя святителя Алексия совместно с Отделом и Правительством Москвы приступило к созданию на базе больницы патронажной службы, призванной обеспечить уход за больными и престарелыми людьми. В настоящее время такого рода патронажная служба уже функционирует в Южном округе Москвы. В условиях перехода медицинского обслуживания на коммерческую основу больница Московского Патриархата является одной из немногих клиник, где обследование и лечение осуществляется бесплатно. При Всероссийском центре психического здоровья Академии медицинских наук России функционирует психиатрическая служба, которая оказывает бесплатную помощь лицам, направленным на лечение приходами Москвы, Московской области и других епархий. На постоянном диагностическом наблюдении находятся 250 человек. В клинике одновременно проходят лечение 20 больных - на некоммерческой основе. В 1996 г. создана специальная реабилитационная служба. Через Отдел по церковной благотворительности возможна госпитализация больных в 1-ю психиатрическую больницу им. Н.А. Алексеева (б. Кащенко), где пастырское попечение о душевнобольных осуществляет настоятель больничного храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Силами сотрудников клиники и Отдела на территории этой психиатрической больницы в июле 1996 г. воздвигнута мемориальная часовня. Значительным событием явилось подписание в марте 1997 г. Соглашения о сотрудничестве между РПЦ и Министерством здравоохранения России. Данное соглашение открыло широкие возможности для расширения окормления пациентов клиник для разработки совместных с медицинскими учреждениями благотворительных проектов. Специфической особенностью милосердной и благотворительной деятельности религиозных организаций является ее неразрывная связь, ее единство с религиозной проповедью, с миссией. «Более 200 сестер милосердия, окончивших училище при храме царевича Димитрия, не только оказывают медицинскую помощь, но несут дела милосердия страждущим ряда больниц г. Москвы».
Идея единства милосердия и миссии заложена в основу «Концепции возрождения духовного просвещения и благотворительности Русской православной церкви», а также организационной и функциональной структуры Комиссии по возрождению религиозно-нравственного воспитания и благотворительности. Православное духовенство полагает, что благотворительность и милосердие должны быть тесно связаны с религиозной проповедью. «Милосердие - форма христианской проповеди» . Отсюда необходимость в специально подготовленных кадрах» обладающих не только необходимой профессиональной подготовкой, но и нравственными качествами. Такие кадры сегодня готовятся в сети училищ сестер милосердия, в рамках братства врачей, при некоторых больницах и др. Антиалкогольная программа. Уже в 50-е годы XIX столетия в России начали появляться первые приходские общества трезвости. В 1882 г. святой праведный Иоанн Кронштадтский открыл в своем приходе Дом трудолюбия, где духовно возрождались многие падшие люди. К началу XX в. практически в каждой епархии имелось общество трезвости. В 1912 г. в Москве состоялся первый всероссийский съезд практических деятелей по борьбе с алкоголизмом на религиозно-нравственной основе. Несколько лет назад Русской православной церковью начата антиалкогольная программа. Она, и в этом ее специфика, ведется по принципу так называемых «семейных общин трезвости», где параллельно с лечением алкоголиков проводится работа с членами их семей в целях создания вокруг них атмосферы сочувствия и поддержки. В 1996 г. активно развивалась антиалкогольная программа Отдела. Сейчас в России функционирует 25 семейных клубов трезвости, еще 8 готовы к открытию. В Отделе юстиции города Москвы зарегистрировано общественное движение «На пути к трезвости», в Попечительский совет которого входят представители Русской Православной Церкви. Детская программа. Значительное внимание в деятельности РПЦ уделяется и детским программам. В связи с этим следует упомянуть деятельность школы-приюта во имя преподобного Сергия Радонежского в Медведкове. В школе, где проживают, учатся и получают воспитание более 70 детей из наиболее неблагоприятных семей, имеется часовня, в которой совершаются молебны, Таинство Крещения, проводятся катехизические беседы. Посильное участие в душепопечении сирот и беспризорных детей - воспитанников приюта принимает настоятель Покровского храма в Медведкове протоирей Порфирий Дьячек. Воспитанники школы-приюта в свободное от учебы время не только посещают театры, цирки, занимаются в кружках, отдыхают в летних лагерях, но и с раннего возраста приучаются к оказанию помощи престарелым - жителям близлежащих домов.
Благотворительность не мыслится без возрождения религиозно-нравственного воспитания. На этой ключевой идее построена выдвинутая РПЦ концепция духовного просвещения и благотворительности. Она содержит следующие первоочередные и перспективные задачи: · · возрождение прихода как христианской общины единомышленников; · · возрождение церковных братств и разного рода церковных движений; · · организация церковного здравоохранения; · · создание епархиальных комиссий по благотворительности; · · подготовка преподавателей катехизиса; · · организация благотворительного бюджета (приходского епархиального, общецерковного). Конкретные направления благотворительной работы включают также создание епархиального дома для престарелых, церковного интерната для сирот, книжных магазинов духовной литературы, епархиальной библиотеки, комитета социальной помощи, специализированных приходских учреждений (воскресных школ, курсов катехизаторов для взрослых, детского сада, библиотеки, столовой, общества трезвости и пр.). Веками Православная Церковь выполняла великую миссию, развивая патриотическое отношение к прошлому, препятствуя нарушению социального равновесия во имя будущего нации. Поэтому всякий раз, после социального потрясения русская культура возрождалась, обнаруживая незыблемость своих духовных основ.
Социальное служение Русской Православной Церкви За последние годы Русская Православная Церковь значительно усилила работу в области социального служения и благотворительности. Эта работа осуществляется на общецерковном и епархиальных уровнях через Отдел по церковной благотворительности и социальному служению Московского Патриархата (ОЦБСС МП), возглавляемый архиепископом Солнечногорским Сергием, Управляющим делами Московской Патриархии. Каковы же основные направления РПЦ в наши дни? 1) Значительное место в деятельности Отдела занимают медицинские программы. Одним из наиболее важных направлений в социальном служении Русской православной церкви сегодня, как и прежде, является помощь страдающим людям в рамках медицинских учреждений (больниц, госпиталей). В конце 1990 г. в Санкт-Петербурге рядом с Духовной академией открылась первая в нашей стране после 1917 г. церковная благотворительная больница святой блаженной Ксении Петербургской. Руководство Центральной клинической больницы Московского Патриархата во имя святителя Алексия совместно с Отделом и Правительством Москвы приступило к созданию на базе больницы патронажной службы, призванной обеспечить уход за больными и престарелыми людьми. В настоящее время такого рода патронажная служба уже функционирует в Южном округе Москвы. В условиях перехода медицинского обслуживания на коммерческую основу больница Московского Патриархата является одной из немногих клиник, где обследование и лечение осуществляется бесплатно. При Всероссийском центре психического здоровья Академии медицинских наук России функционирует психиатрическая служба, которая оказывает бесплатную помощь лицам, направленным на лечение приходами Москвы, Московской области и других епархий. На постоянном диагностическом наблюдении находятся 250 человек. В клинике одновременно проходят лечение 20 больных - на некоммерческой основе. В 1996 г. создана специальная реабилитационная служба. Через Отдел по церковной благотворительности возможна госпитализация больных в 1-ю психиатрическую больницу им. Н.А. Алексеева (б. Кащенко), где пастырское попечение о душевнобольных осуществляет настоятель больничного храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Силами сотрудников клиники и Отдела на территории этой психиатрической больницы в июле 1996 г. воздвигнута мемориальная часовня. Значительным событием явилось подписание в марте 1997 г. Соглашения о сотрудничестве между РПЦ и Министерством здравоохранения России.
Данное соглашение открыло широкие возможности для расширения окормления пациентов клиник для разработки совместных с медицинскими учреждениями благотворительных проектов. Специфической особенностью милосердной и благотворительной деятельности религиозных организаций является ее неразрывная связь, ее единство с религиозной проповедью, с миссией. «Более 200 сестер милосердия, окончивших училище при храме царевича Димитрия, не только оказывают медицинскую помощь, но несут дела милосердия страждущим ряда больниц г. Москвы». Идея единства милосердия и миссии заложена в основу «Концепции возрождения духовного просвещения и благотворительности Русской православной церкви», а также организационной и функциональной структуры Комиссии по возрождению религиозно-нравственного воспитания и благотворительности. Православное духовенство полагает, что благотворительность и милосердие должны быть тесно связаны с религиозной проповедью. «Милосердие - форма христианской проповеди» . Отсюда необходимость в специально подготовленных кадрах» обладающих не только необходимой профессиональной подготовкой, но и нравственными качествами. Такие кадры сегодня готовятся в сети училищ сестер милосердия, в рамках братства врачей, при некоторых больницах и др. Антиалкогольная программа. Уже в 50-е годы XIX столетия в России начали появляться первые приходские общества трезвости. В 1882 г. святой праведный Иоанн Кронштадтский открыл в своем приходе Дом трудолюбия, где духовно возрождались многие падшие люди. К началу XX в. практически в каждой епархии имелось общество трезвости. В 1912 г. в Москве состоялся первый всероссийский съезд практических деятелей по борьбе с алкоголизмом на религиозно-нравственной основе. Несколько лет назад Русской православной церковью начата антиалкогольная программа. Она, и в этом ее специфика, ведется по принципу так называемых «семейных общин трезвости», где параллельно с лечением алкоголиков проводится работа с членами их семей в целях создания вокруг них атмосферы сочувствия и поддержки. В 1996 г. активно развивалась антиалкогольная программа Отдела.
Сейчас в России функционирует 25 семейных клубов трезвости, еще 8 готовы к открытию. В Отделе юстиции города Москвы зарегистрировано общественное движение «На пути к трезвости», в Попечительский совет которого входят представители Русской Православной Церкви. Детская программа. Значительное внимание в деятельности РПЦ уделяется и детским программам. В связи с этим следует упомянуть деятельность школы-приюта во имя преподобного Сергия Радонежского в Медведкове. В школе, где проживают, учатся и получают воспитание более 70 детей из наиболее неблагоприятных семей, имеется часовня, в которой совершаются молебны, Таинство Крещения, проводятся катехизические беседы. Посильное участие в душепопечении сирот и беспризорных детей - воспитанников приюта принимает настоятель Покровского храма в Медведкове протоирей Порфирий Дьячек. Воспитанники школы-приюта в свободное от учебы время не только посещают театры, цирки, занимаются в кружках, отдыхают в летних лагерях, но и с раннего возраста приучаются к оказанию помощи престарелым - жителям близлежащих домов.
Кроме того создано общество помощи детям-сиротам и инвалидам во имя святых бессребрянников Косьмы и Домиана и др. Отделом по церковной благотворительности и социальному служению Московской патриархии учрежден международный благотворительный центр преподобного Серафима Саровского. Задачей центра является оказание необходимой комплексной помощи в духовном воспитании, профессиональной подготовке воспитанников детских домов и детей, нуждающихся в социальной защите, а также создание материальных условий для начала их самостоятельной жизни. Социальная деятельность РПЦ в сфере образования. Живая практика РПЦ трудами многих священников мирян-катихизаторов, родителей и самих обучаемых породила многообразные формы религиозного образования, катихизация мирян и миссионерства: воскресные школы при храмах; евангелические кружки для взрослых;группы подготовки взрослых ко крещению, православные детские сады; православные группы в государственных детских садах; православные гимназии, школы, лицеи; православные факультативны в частных и государственных школах; ·систематические беседы по определенным программам в храмах; публичные лекции в храмах; лекции по отдельным предметам, темам и проблемам в вузах; православные курсы катихизаторов; Православный Свято-Тихоновский богословский институт; Православный университет Иоанна Богослова и другие подобные ему высшие учебные учреждения; организованные паломничества; православные детские, юношеские и семейные лагеря; Помощь престарелым и инвалидам. Характерно в этом отношении деятельность православного общества «Надежда и спасение», которое оказывает разнообразную помощь престарелым людям на дому. Доброй традицией стало проведение благотворительных вечеров и концертов для престарелых, инвалидов, ветеранов войны и труда с участием духовенства и детских хоров воскресных школ. Программа по борьбе с безработицей. Знамением времени стала проблема безработицы. Её решение также находится в сфере внимания РПЦ Сейчас совместно с храмом святых апостолов Петра и Павла в Лефортове Отдел разрабатывает программу по созданию рабочих мест. Планируется, что безработные прихожанки будут заниматься на дому швейным делом. Кроме того, вопросы женской безработицы призван решать и созданный при Отделе Координационный совет женских благотворительных организаций. Думается, и сестричества, и братства могут и должны самым активным образом участвовать в деле церковной благотворительности, в решении целого ряда социальных проблем. Этому процессу способствует подписанное в текущем году Соглашение о сотрудничестве Русской Православной Церкви с Министерством социальной защиты. Особым направлением социального служения Русской православной церкви в современных условиях является работа с беженцами, организация продовольственной, наиболее нуждающимся соотечественника в странах ближнего зарубежья и республиках РФ. В сотрудничестве с государственными и общественными организациями Отдел оказывает консультативную, а по мере сил и материальную помощь в виде одежды, продуктов питания, проездных документов. Проблемам оказания помощи беженцам и вынужденным переселенцам был посвящен ряд конфессий и семинаров Русской православной церкви (Чечня, Северная Осетия и Ингушетия), помощь была оказана на сумму 500 тыс. долларов. США. Оказание помощи жертвам стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций. Весьма характерным является то факт, что благотворительная помощь и милосердная поддержка оказывается независимо от национальной и религиозной принадлежности. По этому поводу Отделом проводилась конференция, где принимали участие представители духовенства, в том числе и московского. Работа с заключёнными. Все большее место в милосердной деятельности православия занимает работа с заключенными. Церковь не забывает и своих чад, преступивших черту закона и справедливо оказавшихся лишенными свободы. Священники, несмотря на приходскую загруженность, идут к страждущим, неся им слово Истины. В октябре 1994 года в домодедовском Учебном центре состоялась совместная конференция представителей исправительных учреждений и Церкви.
С обеих сторон были высказаны пожелания дальнейшей совместной работы в деле духовного просвещения и воспитания осужденных. Благодаря открытости и не формальности подхода руководства данного управления к проблеме воспитания лиц, оказавшихся в заключении, в настоящее время более чем в 60 исправительно-трудовых учреждениях, изоляторах открыты православные храмы, часовни, молельные дома. Анализ почты из мест заключения свидетельствует о великом значении храма в деле духовной поддержки заключенных и их исправления. Подобная деятельность осуществляется во многих исправительно-трудовых колониях. (Например, в исправительно-трудовой колонии № 33 в Саратове, где в 1992 г. был освящен храм блаженной Ксении Петербургской, в исправительно-трудовой колонии № 5 в Санкт-Петербурге, где самими заключенными был построен новый храм во имя священномученика Вениамина Петроградского. Храм был освящен патриархом Московским и веся Руси Алексием II, передавшим в дар заключенным Библию и др. религиозную литературу) . Общеизвестно, что пребывание осужденных в тюрьмах мало способствует их нравственному исправлению. Обычно в заключенном видят, прежде всего, преступника, а основной формой воздействия на него считается наказание. Вернувшиеся на свободу люди часто вновь становятся на путь преступления. Общение с осужденными верующих, духовных лиц строится на принципиально иной нравственно-психологической основе. Человека, совершившего преступление, они «отделяют» от самого преступления. Они видят в этом человеке не столько виновника, сколько жертву злой воли. Такая психологическая установки позволяет священнослужителю или верующему-мирянину в общении с осужденным избежать позиции морального превосходства, роли воспитателя в ее упрощенном понимании. «Священник не просто побеседует и утешит, - пишет иеромонах Сергий, первый за последние 70 лет Медицинская и патронажная помощь. Социальное служение в разных сферах активно развивает и ряд московских приходов. Так, приход во имя благоверного царевича Димитрия при 1-й градской больнице с помощью сестричества осуществляет медицинскую и патронажную помощь. Сестры милосердия по окончанию училища, а также прихожане храма трудятся в самых трудных отделениях 1-й градской больнице в качестве медсестер по уходу за больными и санитарок.
В патронажной службе работают и прихожане храма, которые обслуживают на дому больных, проводят уборку квартир, стирку, готовят еду, покупают продукты. Те, кто имеет медицинское образование, осуществляют медицинское образование, осуществляют медицинский уход - инъекций, перевязки, внутренние вливание, кормление, личную гигиену, частичную реабилитацию больных. Члены сестричества не только несут послушания в 1-й градской больнице, опекая одиноких больных и осуществляя патронажную службу на дому, но и занимаются с детьми-сиротами, посещая детский дом № 12, Свято-Димитриевский приют, приют для несовершеннолетних детей города Москвы, помогая заключенным, а также социально не обеспеченным слоям населения и больницам. Не меньше в этом направлении трудится и приход святителя Митрофана Воронежского. При нем организован Медико-просветительский центр «Жизнь», который ставит своей целью информировать россиян о таком тяжком греховном явлении, как аборт. За три года сотрудниками Центра прочитано около 800 лекции в школах, училищах, институтах. Проведено более десятка разных передач, семь телепрограмм и более 20 публикации в различных изданиях, посвященных этой тематике. Общий тираж брошюр и листовок достиг миллионов экземпляров. Установлены связи с 598 медицинскими учреждениями, куда регулярно направляются издания Центра. Существует патронажная, окормляющая 8 тяжелобольных людей, не имеющих возможности самостоятельно передвигаться. Активно занимается благотворительной деятельностью и братство святителя Филарета, митрополита Московского, при храме Всех Святых б. Новоалексеевского монастыря, готовящего открытие богадельни при данном приходе. Систематически оказывается помощь неимущим, престарелым, слепым, многодетным благодаря постоянным доставкам гуманитарной помощи по каналам братства из США и Бельгии.
Социальное служение РПЦ в Вооружённых Силах. Реформы и духовное возрождение нашего общества в немалой степени коснулись и воинских коллективов Российской Армии. В 1996 г. мы стали свидетелями тесного и плодотворного сотрудничества российского воинства и Православной Церкви. Такое сотрудничество - веление времени, оно обусловлено возрождением государственно-патриотической идеи и лучших традиций верного служения Отечеству. Чуть больше года прошло с того момента, как был образован Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями, но первые итоги его деятельности видны уже сейчас. На сегодняшний день подписаны совместные заявления с пятью министерствами и ведомствами, имеющими воинский контингент. Совместно с Федеральной пограничной службой утвержден перспективный план взаимного сотрудничества. Кроме того, в развитие и дополнение начатого сотрудничества с Министерством внутренних дел было подписано Соглашение о сотрудничестве, где предусмотрен ряд мероприятий, основная цель которых - преодоление духовно-нравственного кризиса, укрепление правопорядка и законности. Готовится к подписанию подобное соглашение с Министерством обороны, где будет предусмотрено развитие отношений в вопросах патриотического воспитания, духовно-нравственного просвещения военнослужащих, определены практические шаги реализации их религиозных потребностей. Хочется отметить, что хотя с Министерством обороны взаимных мероприятий было больше, чем с кем-либо еще, но и остальные ведомства не оставались в стороне. Священники Отдела по взаимодействию с Вооруженным Силами и правоохранительными учреждениями в дни праздников посещали госпиталь в Балашихе, поздравляли раненых воинов с праздником и вручали им подарки. Программа по церковному взаимодействию с государством и обществом в социальной области. В этой связи был создан Общественный совет, в состав которого вошли руководители научных центров, известные политические и культурные деятели. РПЦ предпринимаются усилия для налаживания контактов с благотворительными фондами других конфессий - мусульманскими, буддийскими, используется опыт зарубежных благотворительных организаций, усилия отдельных граждан.
Итак, в настоящее время значительно активизировалась благотворительная деятельность верующих Русской православной церкви. Возникло много православных благотворительных фондов и обществ, целью которых является милосердно-благотворительная деятельность, консолидация прогрессивных сил России и других стран во имя возрождения и развития традиций христианского милосердия, содействие в реализации инициатив, связанных с гуманностью, милосердием и благотворительность организаций и граждан, формирование и финансирование целевых проектов и программ, прежде всего в сфере здравоохранения и социального обеспечения, организации домов общественного призрения для неимущих и обездоленных. Деятельность православных благотворительных организаций, обществ, фондов направлена на оказание помощи отдельным лицам, в ней нуждающимся, и целым социальным группам (например, беженцам, мигрантам и т.п.), на финансирование и организацию социальных программ благотворительного характера (их направленность варьируется в зависимости от целей того или иного фонда, от создания сети благотворительных столовых, магазинов, раздаточных пунктов, центров социальной адаптации до медицинской помощи и заботы о детях, помощи заключенным, воплощения принципов христианского милосердия в области просвещения и воспитания, участия в практическом возрождении православных милосердия и благотворительности, православных святынь и т.п.); на изучение отечественного и зарубежного опыта милосердно-благотворительной деятельности и др. Вместе с тем следует отметить и существующие проблемы в организации усилий тех лиц и организаций, которые хотят приобщиться к милосердно-благотворительной работе церкви. В первую очередь это связано с пока еще ощутимым недостатком опыта. Обмен опытом, координация милосердно-благотворительной деятельности между православными, иными религиозными и светскими организациями является сегодня насущной необходимостью в развитии милосердно-благотворительной деятельности в России и странах СНГ.
Постоянную помощь епархиям, приходам, монастырям в делах милосердия и благотворительности оказывает Отдел церковной благотворительности и социального служения, включая и конкретную материальную помощь, и консультативное содействие. Отдел выпускает ежемесячный вестник «Диакония», рассылаемый во все епархии. В целом институт милосердия Русской православной церкви представляется организованным и упорядоченным на основе согласия по проблеме милосердия сообществом верующих, где рациональные установления определяют не только права и обязанности членов сообщества, но и фиксируют источники финансирования и поддержки милосердно-благотворительной деятельности со стороны различных социальных институтов, спонсоров. Нормальное функционирование этого института зависит от совместимости специфических ценностей религии с фундаментальными ценностями общества, христиан с представителями других конфессий, а также неверующими церковнослужитель, посетивший Бутырскую тюрьму. - Он разделит со страждущим его непосильную нравственную ношу, будет сострадать вместе с ним».
При изучении опыта милосердно-благотворительной деятельности Русской православной церкви следует иметь в виду особенности ее исторической эволюции. Если до эпохи Петра I благотворительная деятельность среди населения целиком находилась в руках церкви и монастырей, то начиная с XVIII в., когда церковь была подчинена государству, размеры этой деятельности значительно сокращаются. Социальной работой среди населения начинают заниматься, прежде всего, государственные (светские) учреждения. Оживление милосердно-благотворительной деятельности церкви наступило после 1905 г., чтобы исчезнуть после 1917 г. В настоящее время начинается по существу новый этап в милосердно-благотворительной деятельности православия. Развитие этой деятельности наталкивается на недостаток материальных средств. Поиски этих средств ведутся по разным направлениям, в том числе и на путях развития предпринимательско-хозяйственной деятельности церковных организаций и монастырей, обращения к помощи спонсоров, меценатов и т.п. При налаживании контактов, особенно на местах - в епархиях и приходах, между светскими социальными работниками и представителями православных организаций можно столкнуться с тем фактом, что последние порою склонны осуществлять социальное служение по преимуществу среди единоверцев. Вместе с тем деятели Русской православной церкви отмечают и прямо противоположный факт.
Так, профессор-протоиерей Глеб Каледа свидетельствует: «…Организаторы православного милосердия отмечают, что часто легче привлечь людей с добрым сердцем, но почти неверующих или неофитов, недавно крещенных и воцерковляющихся, чем так называемых церковных православных людей» . За годы своего существования Русская православная церковь накопила большой опыт милосердно-благотворительной деятельности, которая сегодня активно возрождается. Конечно, как и всякий иной, этот опыт имеет не только достоинства, но и недостатки, но в целом он может во многом послужить духовному возрождению нашего Отечества. «А ведь духовное возрождение - это не только строительство храмов, открытие монастырей, это - создание храмов в душах людских, возрождение милосердия и великодушия, столь свойственных когда-то русскому Православию». Такова распространенная работа, которую РПЦ проводит в сфере социального служения. К сожалению объективная социально-экономическая ситуация в стране свидетельствует о том, что необходимость в подобной работе не только еще долго будет существовать, но с каждым годом будет увеличиваться.
Начало церковной благотворительности было положено еще во времена земной жизни Спасителя, когда Апостолы собирали пожертвования и раздавали их бедным и неимущим, устраивали братские трапезы. После Пятидесятницы Апостолы продолжили совместное служение Богу и людям, которое предусматривало не только литургическую жизнь, но и диаконию, включающую в себя заботу о нищих, неимущих и нуждающихся. В Деяниях Апостолов благотворительности посвящается отдельная глава, в которой рассказано о делегировании полномочий по осуществлению благотворительной деятельности общины первохристиан семи избранным на это служение мужам - диаконам.
Во всех раннехристианских писаниях уделяется особое внимание благотворительности. Призывы к тому, чтобы творить добро нуждающимся в нем можно встретить в Посланиях Апостолов, в «Пастыре» Ермы, в сочинениях Климента Римского, Игнатия Антиохийского, Поликарпа Смирнского, Тертуллиана Карфагенского и других древних авторов. Даже во времена гонений на христианство Церковь не распространяла свое служение только на своих членов, но также выходила и за рамки христианских общин. Благотворительность христиан заключалась как и в реализации буквального призыва Христа «накормить голодных», так и в других видах служения: помощь в больницах, посещение заключенных, пожертвования, попечение о вдовах, сиротах, престарелых. Однако все это время благотворительность христианской Церкви имела стихийный характер в связи с невозможностью централизации данного служения.
После IV в., когда гонения прекратились, и Римская империя официально стала христианской, церковная благотворительность начала приобретать организованный характер. Церковь стала заниматься строительством больниц, сиротских домов, домов для престарелых, богаделен, а также контролем за их деятельностью. С этого времени благотворительность не ограничивалась частной милостыней, но стала служением, которое осуществлялось через особые учреждения. Фактически весь византийский период Церковь непрерывно осуществляла свою благотворительную деятельность. Об этом свидетельствуют и писания Отцов Церкви, в которых они призывают к благотворительности, исторические сочинения и императорские законы. Известно, что во время правления императоров Аркадия и Гонория монахам и клирикам было позволено ходатайствовать за осужденных. О наличии большого количества богоугодных заведений в Церкви говорит и восьмое Правило Халкидонского собора, которое определяет подчиненность клириков при богадельнях епископу соответствующего города. В византийский период (33-1453 гг.) мы можем наблюдать в крупных городах империи около сотни различных благотворительных институтов, попечителями которых были церковные деятели. Большую роль в благотворительности играли и монастыри, которые также собирали пожертвования на помощь страждущим и имели при себе богадельни. Даже в довольно сложные периоды жизни Церкви христианская благотворительность не прекращалась. Однако со времени падения Византийской империи Восточная Церковь фактически оказалась в парализованном состоянии, что, естественно, ограничило ее социальное служение.
Благотворительную роль Церкви взяла на себя и Русь вместе с принятием христианства в конце X века. Князь Владимир после своего крещения сразу организовал множество богоугодных заведений на территории своего княжества. По его приказу кормили нищих и убогих прямо на княжеском дворе и на улицах. Общественное призрение князь поручил духовенству, а также определил десятину на содержание храмов, монастырей, богаделен и больниц. Все последующие князья также уделяли благотворительности большое значение и поручали это служение Церкви. Положительно отношение к диаконии выражено и в сборнике XVI века - «Домострое», в котором имеются предписания относительно бытовой жизни русского народа.
С XI по XVII вв. прерогативой Церкви было призрение бедных, в связи с чем строилось большое количество богаделен, скудельниц при кладбищах. В конце XVII века по всем епархиям был установлен сбор на содержание нищих. Активно содействовали благотворительности и монастыри. Это служение началось еще с Киево-Печерского монастыря, когда Феодосий Печерский постановил отчислять десятую часть доходов монастыря на бедных. В голодные годы монастырями обеспечивались окрестные жители. Около обителей всегда были богадельни, больницы, гостиницы.
В XVII стало возрастать значение частной благотворительности, начало которой положил Московский Патриарх Филарет, который основал на собственные средства больничный монастырь. Эта традиция, вместе с церковным служением, продолжалась и в синодальный период, когда императоры повсеместно устраивали госпитали при монастырях (многие из которых были преобразованы в лечебницы и другие заведения). Свою благотворительную деятельность Церковь продолжала и во время революционных действий, когда св. Патриархом Тихоном было благословлено учредить Всероссийскую церковную комиссию для оказания помощи голодающим. Однако позже благотворительная жизнь Церкви была запрещена особым указом советской власти. Подобное состояние Православных Церквей было и в других странах, где к власти пришли коммунисты.
В 90-х гг. XX века социальное служение Церкви стало возрождаться. Русская Церковь сейчас осуществляет свою благотворительную деятельность через специально созданный Синодальный Отдел по церковной благотворительности и социальному служению, который взаимодействует с различными благотворительными учреждениями. Также на территории России создано множество братств и сестричеств, некоммерческих организаций, которые осуществляют свое социальное служение.
Элладская Церковь также имеет несколько благотворительных учреждений - больниц, приютов, общежитий для нуждающихся студентов, психиатрических больниц. Оказывается помощь и другим странам на нужды жертв голода, землетрясений, наводнений и гражданских войн.
Расширяет свою благотворительную деятельность и Болгарская Православная Церковь, в том числе направляя священников в больницы и тюрьмы.
В Сербской Церкви гуманитарная организация «Филантропия» занимается распределением помощи, окормлением и другими видами благотворительности.
В нынешнее время происходит консолидация усилий Церквей, которая нацелена на совместную диаконию и на следование древним традициям благотворительности, которые зародились еще в Древней Церкви.
Социальное служение Церкви: X-XX вв.
Председатель Отдела по церковной благотворительности и социальному служению Московского Патриархата Митрополит Воронежский и Борисоглебский Сергий
Некоторые законы Византийской империи и свидетельства историков позволяют говорить о том, что в христианском государстве, каковым являлась Византия, милосердие считалось особой добродетелью. Оно понималось как готовность подать милостыню убогому, впавшему в несчастье, и как сострадание к увечному. "Если кто попросит тебя дать ему милостыню, подай ее с готовностью и не медля... если это был незнакомец, считай, что это был Христос, и благодари", наставляет сына византийский христианский мыслитель Кекавмен. Особой добродетелью считалось ухаживать за престарелыми и больными, в том числе и за теми, кто страдал проказой или эпилепсией. При целом ряде константинопольских монастырей существовали странноприимные дома и больницы.
Принятие христианства древней Русью в X веке, несомненно, означало шаг вперед в нравственном развитии древнерусского общества. Известно, что до принятия христианства на Руси, где господствовало язычество, связанное с поклонением множеству богов и природных стихий, существовали некоторые нравы и обычаи, несовместимые с идеей милосердия. И хотя в древней Руси отсутствовала смертная казнь, и существовало гуманное отношение к рабам, все же были человеческие жертвоприношения, жены сжигались вместе с умершими мужьями, а мать имела право умертвить новорожденную дочь, если семейство было многочисленным.
1. Киевский период
Русский народ с самых древнейших времен воспринял христианское учение о милосердии как о всеобъемлющей любви к ближнему, как традицию, унаследованную от Церкви Константинопольской и Царствующего Града. Так, обращаясь к князю Владимиру, митрополит Киевский Илларион подчеркивает его милосердие и говорит, что князь исполнил Божественные заповеди: "просящим давал, нагих одевал, жаждущих и алчущих насыщал, болящих утешением всяческим утешал, должников искупал, рабам даруя свободу". В этом святитель Илларион видит реальное воплощение заповедей Христа Спасителя, какое осуществил в своей государственной деятельности святой равноапостольный великий князь Владимир.
"И не могу сказать о всей его милости, продолжает митрополит Илларион. Не только в дому своем милостыню творил, но и по всему городу, и не в Киеве одном, но по всей земле Русской и в городах, и в селах везде милостыню творил всех милуя, и одевая, и кормя, и напоя".
Таким образом, благотворительная деятельность князя Владимира предстает, согласно свидетельству митрополита Иллариона как образец воплощения христианского идеала милосердия.
Надо сказать, что идея милосердия получила в древней Руси широкое распространение. Церковь с самых первых дней своего существования категорически запретила принесение человеческих жертв божествам, ритуальные убийства жен или рабынь после смерти их мужей и господ.
Русская традиция милосердия, по мнению видного отечественного историка В. О. Ключевского, во внешнем своем проявлении направлялась преимущественно в одну только сторону: "человеколюбие на деле значило нищелюбие". В то время преобладала личная милостыня, благодаря которой древнерусский благотворитель, "Христолюбец", помышлял лишь о собственном духовном совершенствовании. По утверждению В. О. Ключевского, "нищенство считалось в древней Руси не экономическим бременем для народа, не язвой общественного порядка, а одним из главных средств нравственного воспитания народа, состоящим при Церкви практическим институтом благонравия".
В 996 году князем Владимиром учреждаются "богадельни, гостиницы, дома странноприимства, а лекари и все люди увечные... были подсудны одним Епископам". Причем на их содержание была определена "десятина" (от продажи хлеба, скота, судебных пошлин и т.п.).
Находясь под влиянием евангельского учения о милосердии, святой князь Владимир в числе первых показывал пример сострадательности к тем, кто нуждается в помощи к убогим, нищим, сиротам. Вопреки сложившимся в дохристианскую эпоху обычаям и правилам, князь позволял "всякому нищему и убогому" являться на княжий двор, получать еду, а для больных, которые не могли приходить сами, отправлял повозки, груженые хлебом, мясом, рыбой, овощами, медом и квасом.
Вслед за святым князем Владимиром активно занимались благотворительной деятельностью и другие князья. В их числе особо отмечают великого князя Ярослава Владимировича, при котором было открыто первое в Новгороде училище для бедных юношей. Но более других "нищелюбием" прославился Владимир Мономах, завещавший своим детям: "всего же паче убогих не забывайте, по сколько вам возможно по силе своей кормите".
Русская Православная Церковь с самого начала взяла в свои руки заботу о людях, лишенных средств к существованию. Со времени христианизации Руси до петровских реформ дело "общественного призрения" находилось исключительно в руках Церкви. Дела милосердия и благотворительности были нераздельно закреплены за Церковью еще Уставом князя Владимира. Так, например, в соответствии с данным Уставом наряду с "чернецами и попами", "нищие, слепые и хромые" считались "церковными людьми". В другом же документе "Правиле о церковных людях" (XIII в.) перечисляется ряд благотворительных дел, требующих большого количества церковных средств: "...нищих кормление и чад мног, странным прилежание, сиротам и убогим промышление, вдовам пособие, девицам потребы, обидным заступление, в напастях поможенье, в пожаре и в потопе, пленным искупленье, в гладе прекормление, в худобе умирая покровы и гробы".
Отмечая особую роль Русской Православной Церкви в деле единения народа, В. О. Ключевский подчеркивал, что "Церковь на Руси соединяла в одно общество людей разных состояний или во имя цели, или тайного назначения, или во имя чувства сострадания и милосердия".
Русская Православная Церковь, структурное формирование которой завершилось в эпоху Ярослава Мудрого (1019-1054 гг.), создала и свой благотворительный центр, который размещался в стенах Киево-Печерского монастыря. Этот монастырь был известен своим милосердием по отношению к нуждающимся: при нем была бесплатная гостиница для богомольцев, лечебница на 80 кроватей и бесплатная трапезная для бедных странников.
По утверждению историков Церкви, преподобный Феодосии, показавший пример "заступничества и благотворения" по отношению к жертвам тогдашнего кривосудия, каждую неделю отправлял воз печеного хлеба в тюрьму заключенным и добивался перед князем их освобождения.
В XII веке был основан больничный Троицкий мужской монастырь Николой Святошей, где имелась больница на 32 кровати с аптекою. Так складывался милосердно-благотворительный институт Русской Православной Церкви, имевший в лице монахов своих социальных работников, свои больницы, аптеки, а также обладавший финансовыми средствами из "десятины".
2. Монгольский период
С XII века начался процесс упадка Киевского государства. Киевская Русь распалась на отдельные независимые феодальные княжества, и уже в XIII веке татаро-монгольское нашествие поработило ослабленную междоусобными войнами князей Русь. Если в домонгольский период на Руси существовала не только церковная благотворительность, но и частная милостыня, светское попечение о бедных, то в период нашествия татаро-монголов на Русь милосердие "фактически находилось в руках духовенства, которому делались богатые приношения на бедных, да и само по себе оно было богато и свободно от татарских даней и поборов".
В период татаро-монгольского ига, когда рухнуло русское государство, Русская Православная Церковь, имевшая к концу ХШ века около 100 монастырей, одновременно стала единственным прибежищем для нуждающихся в помощи людей убогих, престарелых, нищих, и фактически полностью взяла на себя благотворительные функции. Этому способствовало и то обстоятельство, что татарские ханы, особенно в первый период господства над Древней Русью, уважительно относились к духовенству, давали митрополитам охранительные грамоты (ярлыки), освобождали церкви и монастыри от поборов, давая тем самым Церкви большую возможность для занятия делами милосердия и благотворительности, помощи нуждающимся.
Именно в период татаро-монгольского ига Церковь учредила первые в государстве больницы, в которых лечили бедных бесплатно.
В то же время, кроме расширения форм благотворительной деятельности Церкви, продолжалась и линия Владимира Мономаха -личное участие князей-правителей в оказании помощи нуждающимся. Так, святой князь Александр Невский тратил значительные суммы на выкуп русских из татарского плена. Михаил Ярославич, замученный впоследствии в Орде, наставляя сына своего, говорил: "странных и нищих не презирай, угодно бо есть сие Богу". Иоанн Данилович так и был прозван Калитой за мешок, который он носил с собою, раздавая из него милостыню. Святой князь Димитрий Донской был настолько сострадателен к бедным и сирым, что кормил их из своих рук.
3. Московский период
Избавление от татаро-монгольского ига во второй половине XV столетия, восстановление государственности, связанное с возвышением Москвы и Московского княжества, когда началось объединение вокруг Москвы русских земель в единое централизованное государство, привело к тому, что представители Православной Церкви связывают свою судьбу с московскими князьями и всеми силами способствуют их возвышению. С этого времени начинается новый этап в развитии благотворительной деятельности Русской Православной Церкви.
Еще преподобный Сергий Радонежский неразрывно связал служение русского православного монашества с благотворительной деятельностью. В делах милосердия выражалось призвание иноков служить миру, что являлось идеалом монашеского делания.
Так, в Николаевско-Пешношском монастыре оказывалось бесплатное лечение в больнице, имелся гостиный двор. С конца XVI века прославился своей благотворительностью Коневский Рождественский мужской монастырь, имевший бесплатную гостиницу для путешественников и странноприимный дом для богомольцев.
Большую известность, благодаря своей благотворительной деятельности, получил Иосифо-Волоколамский монастырь, имевший странноприимный дом, гостиницу, больницу, богадельню и церковноприходскую школу на 18 мальчиков.
Особым примером христианского милосердия служит жизнь святителя Макария в его бытность архиепископом Великого Новгорода и Пскова: в 1595 году он отдал все деньги на выкуп пленных у крымских татар.
Роль и значение Церкви в благотворительной деятельности особенно возрастает после Стоглавого Собора 1551 года, когда государство стало стремиться регулировать благотворительность церквей и монастырей. Им предписывалось отделить действительно нуждающихся, прокаженных и состарившихся, переписать их по всем городам и устроить для них мужские и женские богадельни под руководством священников и целовальников, а также содержать эти учреждения за счет пожертвований.
Данная тенденция в развитии благотворительности обусловлена, по всей видимости тем, что к середине XVI века многие государственные деятели, убедившись, что раздача милостыни без разбору не уменьшает, а увеличивает нищенство, начинали относиться к этой форме благотворительности отрицательно.
В общественном сознании уже со времен Стоглавого Собора зрела идея перехода от благотворительности к системе общественного и государственного призрения. При этом начали яснее обозначаться и контуры системы призрения, которая должна была включать не только помощь бедным милостыней и особенно содержание их в богоугодных заведениях, но и предоставление трудоспособным нуждающимся заработка.
Мысль о развитии государственной помощи была впервые высказана царем Иваном Грозным на Стоглавом Соборе. Он утверждал, что в каждом городе должны быть построены богадельни, больницы и созданы приюты для всех нищих и убогих.
Кроме того, особое внимание уделялось бесплатному обучению грамоте бедных детей, сирот, для которых открывались приюты при монастырях, церковно-приходские школы. Например, среди обителей в этом отношении выделяется Виленский Свято-Духов монастырь, при котором имелось Виленское Свято-Троицкое Братство, занимавшееся благотворительностью. Братство содержало для обучения "убогих сирот" школу, где шло обучение "языкам: русскому, греческому, латинскому и польскому", поддерживало материально "людей ученых, духовных и светских, для школьной науки...". Братство раздавало милостыню по госпиталям, тюрьмам, уличным нищим дважды в год: на Рождество и Пасху.
4. Патриарший период
Через два года после того, как Собором русских иерархов Патриархом Московским и всея Руси был поставлен святитель Ермоген, в Москве начался голод, вызванный рядом тревожных событий Смутного времени. Проявляя заботу о неимущих, Первосвятитель повелел келарю Сергиевой обители Авраамию Палицыну открыть для голодающих монастырские житницы с хлебом.
По инициативе Святейшего Патриарха Московского и веся Руси Филарета, была урегулирована податная повинность на основе проведенной переписи населения.
В сохранившихся воспоминаниях архидиакона Павла Алеппского о посещении Русской Православной Церкви Патриархом Антиохийским Макарием сообщается следующее: во время трапезы, устроенной Московским Патриархом Никоном, в Вербное воскресенье, "в столовую привели нищих, слепых, увечных, безногих и поставили для них стол близ Патриарха, который поздравлял каждого из них, кормил и поил с полным уважением. Наконец Патриарх поднялся, ему поднесли таз и кувшин, и он обошел нищих, умывая, вытирая и лобызая их ноги, всех по порядку, при этом раздавал им милостыню до последнего". Святейший Патриарх Никон проявлял особую заботу о том, чтобы в случае пожара с крестьян не взыскивали бы недоимки, чтобы им вовремя выплачивали жалованья, чтобы принималось во внимание и семейное положение крестьян. О вовлеченности Патриарха Никона в решение всех этих социальных вопросов свидетельствуют многочисленные письма и указы Предстоятеля Русской Православной Церкви.
В 1678 году Патриарх Иоаким увеличил число имевшихся в Москве богаделен, содержавшихся на церковные средства.
В царствование Феодора Алексеевича (1676-1682 гг.) в монастырские обязанности вменялась новая повинность: собирать в Москве увечных людей для призрения, отличая их от притворных нищих. Дмитровский Борисоглебский монастырь содержал негодных для службы стрельцов. Позднее, на государственном уровне принимается решение о строительстве двух богаделен не по церковной линии, а в рамках государственной службы общественного призрения.
В последующем эти направления развивались параллельно: частное и государственное.
Митрополит Сергий на поздравлении учащихся коррекционной школы №30 с праздником Пасхи
5. Синодальный период
Церковная реформа Петра I, упразднив патриаршее управление и заменив его коллегиальным, по существу поставила Церковь на службу государству, что отразилось и на характере социальной деятельности Русской Церкви, которая оказалась под жестким контролем.
Петр I, следуя примеру Людовика XIV, требовал повсеместного устройства по губерниям "гошпиталей", то есть, приютов для всякого рода призреваемых, заботился о помещении инвалидов по монастырям и приказывал строить по городам, на церковных дворах, приюты для принятия "зазорных" детей, на тех же основаниях. Согласно историко-статистическому описанию Тихвинского Богородицкого мужского монастыря, именно при Петре I здесь была основана богадельня, имеющая главной целью обеспечение спокойной старости увечным и израненным воинам.
В 1764 году Екатерина II при поддержке определенной части православных иерархов произвела секуляризацию большой части церковных земель. Отобранные у Церкви земли были переданы в ведение учрежденной для этой цели Коллегии экономии и получили название экономических. В Москве и Петербурге создаются комитеты по "разбору и призрению просящих милостыню". С 1764 года открываются новые монастыри, имеющие богадельни, приюты, странноприимные дома, школы с общежитиями для учеников.
С учреждением приказов общественного призрения в 1775 году последним предписывалось устраивать сиротские и работные дома для просящих милостыню профессиональных нищих, способных прокормиться собственной работой, и оказывать помощь добровольно явившимся за вспомоществованием. Для увеличения денежных средств приказов общественного призрения им разрешены были приемы вкладов на хранение и выдача ссуд под недвижимость и государственные процентные бумаги.
Таким образом, благотворительная деятельность стала возможной не только за счет пожертвований в пользу нуждающихся, но и благодаря специальным благотворительным структурам, включающим банки, магазины, газеты и т.п. К середине XIX века традиции церковной благотворительности прервались в связи с упадком социальной активности прихода, лишенного прав юридического лица.
Общественное призрение в XIX веке (до реформы 1861 г.) включает в себя и меры по обеспечению вдов: открываются вдовьи дома (призрение неимущих, увечных и престарелых вдов, лиц, состоящих на государственной службе), среди которых выделяется основанный в 1803 году в Москве вдовий дом. В 1819 году основано попечительное тюремное общество; продолжают устраиваться работные дома и выделяются пособия на дому и т.п.
В 1823 году в Санкт-Петербурге создается Дом убогих Императорского Человеколюбивого общества, именуемый Исидоровским. Цель данного заведения призрение престарелых и больных женщин. Следует отметить, что в XIX веке создаются дома призрения и для малолетних бедных детей, дома призрения душевнобольных; наряду с сословными домами призрения, были организованы дома и всесословные. Многие приюты для детей существовали за счет банков, издания газет и т.д. Например, дети убитых и умерших от полученных на службе ран и увечий военнослужащих имели пенсию и вспомоществование от созданного в Александровском комитете попечения раненых инвалидного капитала, а также за счет издания газеты "Русский инвалид", за счет бенефисов, маскарадов, концертов и представлений.
В 1838 году открывается сиропитательный дом Е. Медведниковой в Иркутске. Название "Сиропитательный дом" дается различным учреждениям для призрения сирых и убогих детей.
Сиропитательный дом Е. Медведниковой представлял собой закрытое учебное заведение для детей бедных родителей, преимущественно сирот, содержание которых осуществлялось за счет существующего при доме банка, части чистой прибыли.
В XIX веке появляются женские общины, представляющие переходные формы от мирской жизни к монашеской. В течение XIX столетия было основано около 100 общин, образованных преимущественно при приходских церквах в виде богаделен, существование которых обеспечивалось подаянием прихожан. Большинство из этих общин было возведено в ранг монастырей, обязательно занимающихся милосердно-благотворительной деятельностью.
В 1864 году Александром II было принято законодательство о церковных братствах и церковно-приходских попечительствах, допускавшее и регламентировавшее церковную благотворительность. С 1866 года учреждение при монастырях благотворительных и воспитательных заведений сделалось обязательным для каждой вновь открываемой обители. В указе обер-прокурора Синода графа Л. А. Толстого от 6 апреля 1866 года учредителям монастырей предлагалось "соединить с удобствами монашеской жизни цель благотворительную или воспитательную". По этому указу в период с 6 апреля 1866 года по 1869 год было учреждено 10 монастырей со школами, богадельнями и приютами. С 1870 года по 1886 год было учреждено 37 монастырей, занимающихся благотворительностью. В 1889 году при приходских храмах было 660 богаделен и 480 больниц.
В 1882 году святым праведным Иоанном Кронштадтским был построен "Дом Трудолюбия", получивший известность как просветительно-благотворительное учреждение, которое давало каждому возможность получать помощь не как подаяние, а как награду за известный труд. Целью этого дома призрения было стимулирование трудовой деятельности, что не достигалось, как правило, частной милостыней. В таком "Доме Трудолюбия" протоиерей Иоанн Кронштадтский разместил благотворительные учреждения, в которых неимущие не только работали, но и учились, лечились, могли отдыхать, получать пособия, ночлежный приют и т.д. Здесь была предпринята попытка заменить милостыню коллективным трудом самих нуждающихся, самообеспечением, заменить чувство жалости на сострадание, что явилось важным шагом на пути институционализации социального служения Русской Православной Церкви.
Существенной стороной милосердно-благотворительной деятельности было создание благотворительных обществ при Санкт-Петербургских городских больницах во 2-ой половине XIX века. Самое старейшее из них было основано в 1866 году при Санкт-Петербургской городской Обуховской больнице, в то время как сами городские больницы возникли уже в XVIII столетии именно "с целью призрения неимущих больных". Прежде же, "главной... и единственной задачей каждой городской больницы... было заботиться о больном только со времени принятия его на больничную кровать до времени... выписки из больницы".
Благотворительные общества при больницах заботились о больном и его семье и после выписки из больницы, помогали семьям во время нахождения одного из их членов в больнице одеждой и деньгами, принимали на свое попечение ослабленных вследствие перенесенной болезни людей, обеспечивали в случае необходимости их медикаментами и протезами. Желающим отправиться на родину бесплатно предоставляли такую возможность. Бесприютных детей больных или умерших в больнице родителей благотворительные общества принимали на свое попечение.
Характерно, что при таких городских больницах обычно строились церкви, а благотворительные общества, как раз и создавались при больничных храмах. Так, в Обуховской больнице благотворительное общество существовало при церкви Божией Матери "Всех скорбящих Радость".
Подобные общества, чья деятельность проистекала из христианской любви к ближнему, возникли и при других городских больницах при больницах святой Марии Магдалины (1874 г.), святителя Николая Чудотворца (1874 г.), при Петропавловской (1875 г.), Александровской (1875 г.), Калинкинской (1879 г.) и др. клиниках.
С середины XIX века развивается новая для России форма благотворительности сестринское милосердие. Еще в 1844 году в Санкт-Петербурге была создана первая в Европе Свято-Троицкая женская община, готовившая сестер милосердия для попечения о раненых". Пример сестринского милосердия в Крымской войне побудил к созданию Российского общества попечения о раненых и больных воинах в мае 1867 года, которое через 12 лет преобразовали в Российское Общество Красного Креста. Подвиг сестер милосердия Никольской и Крестовоздвиженской общин вызвал волну объединения в подобные общины христианок-доброхоток во многих губерниях России. К началу первой мировой войны было зарегистрировано более ста подобных общин, а к середине 1917 года примерно 30000 сестер милосердия, 20000 из которых вышли из епархиальных общин. Общины сестер милосердия стали своеобразным женскими монастырями в миру, где не требовалось пострига в монахини. Данного рода общины объединяли физически здоровых женщин-христианок от 21 до 40 лет, представлявших все сословия и звания, с одним духовным намерением бескорыстное служение страждущим. Среди таких общин выделялась женская епархиальная община сестер милосердия в Покровском-Рубцове, учрежденная в 1869 году бывшей игуменьей Серпуховского Владыческого монастыря Митрофанией. Сестры общины регулярно ухаживали за больными в Старо-Екатерининской больнице, был открыт приют для сирот от 3 до 9 лет, где была учреждена шестилетняя школа, предусматривающая изучение образовательных дисциплин и Закона Божьего. Особенностью общины являлось то, что на протяжении своей милосердной деятельности она сохраняла монастырский образ жизни, ее насельниц отличались особым аскетизмом и прилежанием, усердным выполнением послушания. Существование женской общины милосердия позволяет говорить о наличии определенного института милосердия в Русской Православной Церкви, обладавшего специально подготовленными кадрами сестрами милосердия, работающими "в миру" с ранеными на поле боя, больными и инвалидами, сиротами, престарелыми и т.п. К 1 декабря 1907 года в России насчитывалось 907 мужских и женских монастырей, среди которых примерно четвертая часть были обители, занимавшиеся милосердной деятельностью. Наличие таких благотворительных обителей, как "Дом Трудолюбия" и сестринских общин милосердия говорит о высоком уровне развития социальной деятельности Русской Православной Церкви в конце XIX начале XX веков.
Выделяя существовавшие в этот период формы благотворительной деятельности Православной Церкви, следует отмстить, что помощь оказывалась инвалидам и участникам войны (их назвали "военноувечными"), их семьям, престарелым, тяжелобольным, людям с психическими расстройствами. Социально незащищенные слои общества безработные, сироты, неграмотные, нищие, голодающие, погорельцы и другие жертвы бедствий также не оказывались без внимания со стороны Русской Православной Церкви. К ним можно еще присоединить заключенных и страдающих алкоголизмом. Несомненно, милосердно-благотворительная деятельность Церкви требовала хорошей организации, финансового и хозяйственного обеспечения. Осуществлялась она многочисленными благотворительными обществами, комитетами помощи, попечительствами, существующими при церковно-приходских общинах. Если же они находились при муниципальных органах управления или других светских организациях, то Церковь принимала активное участие в их работе.
В рамках благотворительных обществ при Русской Православной Церкви открывались больницы и лечебницы для тяжелобольных, психически больных, инвалидов, где за ними ухаживали сестры и братья милосердия из числа мирян или послушников монастырей. В бесплатных столовых и чайных все нуждающиеся могли получить питание. Помимо этого существовали церковно-приходские школы и производственные мастерские, в которых дети из бедных семей бесплатно обучались грамоте и какому-нибудь ремеслу.
Финансирование благотворительной деятельности до Октябрьской революции осуществлялось из трех основных источников: 1) за счет государственных субсидий; 2) из вкладов общественных организаций и 3) из пожертвований частных лип. Сама Русская Православная Церковь делала большие пожертвования на создание и содержание приютов, больниц, школ, раздавала деньги нуждающимся. С другой стороны, в своих проповедях православные священники, обращаясь к прихожанам, постоянно говорили о необходимости их участия в милосердно-благотворительной деятельности.
Одной из важных форм сбора пожертвований от частных лиц в дореволюционной России были выпуск и продажа (при непосредственном участии Русской Православной Церкви) специальных благотворительных марок. Они представляли собой своего рода квитанции, подтверждающие факт благотворения. Формой отчетности и контроля за расходованием средств были благотворительные боны талоны, чеки, квитанции, кредитные марки. По договоренности с владельцами магазинов, лавок, столовых и чайных эти заменители денежных знаков принимались в платежи за товары, продукты и услуги. Весьма примечательно, что на благотворительные боны, распространяемые через общество борьбы за трезвость, было запрещено приобретать винно-водочные изделия. Например, бону Муромского Предтеченского общества трезвости можно было обменять только на пищевые продукты в чайной Семагина и в лавке Смолянинова.
О непосредственном участии Русской Православной Церкви в благотворительном движении борьбы за трезвость в начале XX столетия напоминают "талонные марки" Благовещенского общества трезвости "Алкоголь яд", подписанные председателем общества протоиереем П. Воздвиженским. Церковь также выпускала собственные боны, которые принимались при расчете с прихожанами (данный факт имел место в условиях дефицита денежных знаков, возникшего во время первой мировой войны и в первые послереволюционные годы). Помимо этого Церковью выпускались монеты, которые в условиях денежного хаоса оказывались "твердой валютой" и использовались не только в рамках благотворительных заведений, но и за их пределами.
Все вышеизложенное позволяет говорить о том, что Русская Православная Церковь до событий 1917 года большое внимание уделяла проблемам милосердия и социального служения. В этот период начинает разрабатываться теория милосердия, подкрепляемая благотворительной деятельностью как отдельных лиц, так и союзов, Церкви и государства по призрению бедных, увечных, вдов, сирот и т.п.
После Октябрьской революции 1917 года благотворительная деятельность была объявлена свойственной лишь буржуазному обществу. Такое отношение к милосердию вело к забвению социального служения Русской Православной Церкви, хотя Церковь и стремилась продолжать благотворительную деятельность в полном соответствии со своими многовековыми традициями и христианскими заповедями.
С изменением общественно-политической ситуации в стране после октябрьских событий 1917 года изменилось и положение Русской Православной Церкви в государстве. Всякие проявления общественно значимой деятельности Церкви были сведены на нет, несмотря на многовековой опыт социального служения Русской Православной Церкви.
Характерной чертой советского периода русской истории было провозглашение государством полной ответственности за решение всех социальных проблем, что привело к закрытию благотворительных организаций. В ноябре 1917 г. были упразднены все благотворительные учреждения и общества помощи инвалидам и их семьям. Однако существование острейших социальных проблем, например, массовой детской беспризорности, вынуждало прибегать к организованным формам проявления милосердия и благотворительности (Детский фонд им. В. И. Ленина). Церковь пыталась продолжать дело Б. Во время голода в Поволжье в нач. 20-х гг. св. Патриарх Тихон учредил Всероссийскую церковную комиссию для оказания помощи голодающим. В 1922 г. эта комиссия была распущена властями, а собранные средства конфискованы. В 1928 г. общецерковная благотворительность была запрещена (запрет был подтвержден в 1961 и 1967). Государственные меры борьбы с нищетой переросли в борьбу с нищими. Бродяжничество объявили преступлением, бездомных отправляли подальше от больших городов, зачастую в места заключения.
Вместе с тем надо отметить, что и в годы советской власти "при Господнем содействии" (Мк. 16, 20) в лоне Церкви совершались дела милосердия, которые имели, как правило, частный, индивидуальный характер.
В кон. 80-х гг. XX в. государство признало необходимость предоставления возможности гражданам инициативно участвовать в социальной взаимопомощи, видя в этом не только путь к частичному освобождению государственного бюджета от расходов на социальные нужды, но и одно из средств формирования гражданского общества. Были созданы несколько фондов, которые должны были охватывать своей деятельностью всю территорию государства: Фонд культуры, Детский фонд, Фонд милосердия и здоровья. В последующие годы появилось большое число более мелких благотворительных фондов и организаций.
Молебен перед иконой с частицей мощей мученицы Татианы в молельной комнате исправительной колонии №2 (Нижний Новогород)
Фото Г. Ликина
7. Современный период (90-е годы)
Девяностые годы уходящего в историю столетия ознаменованы бурными переменами, вызванными реформированием финансово-экономической системы. В основе этих преобразований лежало здоровое желание построить более эффективную экономику, повысить уровень благосостояния граждан. Однако необходимо признать, что десятки миллионов наших соотечественников оказались за чертой бедности, влача порой жалкое существование. Особенно же страдают те, кто не может, причем не по своей вине, заработать себе на хлеб: тяжелобольные, престарелые, инвалиды, сироты, беженцы, вынужденные переселенцы.
В подобного рода условиях, когда последствия финансово-экономических реформ ощущаются, прежде всего, социально незащищенными слоями населения, особую значимость в деле оказания помощи неимущим приобретает благотворительная деятельность, осуществляемая церковными и общественными организациями.
В течение семи десятилетий все религиозные организации и объединения, представленные на территории бывшего Союза, были насильственно лишены возможности заниматься делами милосердия. Требуются годы совместной работы государственных органов социальной защиты и церковных организаций, чтобы в тесном сотрудничестве с другими неправительственными организациями восстановить негосударственную социальную инфраструктуру, способную взять на себя долю социальной ответственности за судьбы наиболее уязвимых групп населения.
Первые шаги на ниве диаконического служения связаны с деятельностью Отдела по церковной благотворительности и социальному служению Московского Патриархата, образованного в январе 1991 года в соответствии с определением Святейшего Патриарха и Священного Синода Русской Православной Церкви. Кроме того, многие дела милосердия и благотворительности осуществляются на уровне епархий, монастырей, приходов, братств и сестричеств нашей Святой Церкви.
Так, например, широкую известность получили церковные детские приюты, созданные в Астраханской, Калужской, Костромской, Московской, Оренбургской и Тамбовской епархиях. Сотни детей из зараженных вследствие Чернобыльской катастрофы регионов, были направлены Отделом по церковной благотворительности на оздоровительный отдых в Италию. В Воронеже, Йошкар-Оле, Москве, Санкт-Петербурге и Ставрополе функционируют школы сестер милосердия, а для ухода за тяжелобольными на дому в Воронежской, Йошкар-Олинской, Калужской, Московской и Тамбовской епархиях созданы патронажные службы. Ежегодно несколько тысяч малообеспеченных жителей Москвы и других областей России получают бесплатную медицинскую помощь в Центральной клинической больнице Московского Патриархата. Сотни престарелых и инвалидов проживают в приходских и монастырских богадельнях Вятской, Костромской, Красноярской, Орловской, Петрозаводской, Рязанской, Чебоксарской и Ярославской епархий. Немалое внимание Церковь уделяет лечению алкоголиков и наркоманов, о чем свидетельствует опыт Абаканской, Барнаульской, Воронежской, Екатеринбургской, Красноярской, Московской, Орловской, Санкт-Петербургской, Ставропольской и Уфимской епархий. Духовенство и миряне Астраханской, Воронежской, Екатеринбургской, Йошкар-Олипской, Краснодарской, Рязанской, Ставропольской и Тамбовской епархий принимают активное участие в деле оказания помощи беженцам и вынужденным переселенцам. Кроме того, в целом ряде епархий функционируют благотворительные столовые, открыты специальные магазины для малоимущих; опекаются интернаты для престарелых и инвалидов, школы-приюты, детские дома, психиатрические больницы, лепрозории и реабилитационные центры; незамедлительно оказывается помощь жертвам стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций; созданы благотворительные общества, православные братства и сестричества. Иными словами, от Калининграда до Чукотки, от Таймыра до Северного Кавказа везде и всюду через приходы Русской Православной Церкви, оказывается благотворительная помощь неимущим и страждущим вне зависимости от их возраста, национальности, религиозных или политических убеждений.
Безусловно, современные условия общественного развития открывают перед Русской Православной Церковью большие возможности и более широкие перспективы для выработки новых форм активной социальной деятельности Церкви, о чем свидетельствует принятый 26 сентября 1997 года Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях". Так, в соответствии с п. 1 статьи 18-й упомянутого выше закона "религиозные организации вправе осуществлять благотворительную деятельность как непосредственно, так и путем учреждения благотворительных организаций". При этом государство готово "оказывать содействие и поддержку благотворительной деятельности религиозных организаций, а также реализации ими общественно значимых культурно-просветительских программ и мероприятий" (п.3 статьи 18-й Федерального закона). Таким образом, Церковь получила законодательную основу для своей благотворительной деятельности.
Размышляя о благотворительности, нужно, в первую очередь, понять для себя, какой смысл несет этот термин. Слово "благотворительность" является аналогом греческого слова "филантропия", которым чаще пользуются за рубежом. Осуществлять благотворительность значит "творить благо". Но понятие "творить благо" всегда будет оставаться непостоянным и неоднозначным - ведь, как известно, даже за праведным делом может стоять нечистый помысел, а "благими намерениями вымощена дорога в ад".
Бывает так, что люди, позиционирующие себя как благотворители, на самом деле стремятся в первую очередь не творить благо, а удовлетворить свои слабости - гордыню и честолюбие. Но без искреннего желания помочь невозможно добиться действительных перемен к лучшему. Благотворительность, чтобы быть практически действенной, обязана быть особенно чуткой и внимательной к уровню, направленности, состоянию и мере выражения духовного начала тех людей, которым она оказывается. Поэтому истинная благотворительность невозможна без опоры на христианские ценности - бескорыстие, милосердие, смирение... "Возлюби ближнего своего, как самого себя": эта цитата из заповеди Христовой - единственно верное объяснение цели благотворительности, единственный верный путь для благого дела.
Христианская благотворительность уходит корнями в Ветхий Завет, а именно в книгу Исхода. Проповедь Моисея гласит: Бог узрел народ угнетенный, сжалился над ним и вывел его из рабства Египетского. Следовательно, жалость и милосердие - в природе Бога. И мы, созданные "по образу и подобию" Творца, должны следовать Его примеру - жалеть всякого угнетенного, содействовать облегчению его участи. В Евангелии от Матфея эта мысль сохранена, но расширена до универсальности: "Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш небесный". Не существует любви и милосердия самого по себе, но эти ценности исходят от своего Источника и требуют уподобления: "будьте милосердны, как Отец ваш милосерд", "Любите друг друга, как Я возлюбил вас". Иными словами, то, что делал Христос, должна делать и Церковь. Христианство лежит в основе самой идеи благотворительности, и именно поэтому история благотворительности всегда была неразрывно связана с церковью.
Русская Православная Церковь с самого начала взяла в свои руки заботу о людях, лишенных средств к существованию. Со времени христианизации Руси до петровских реформ дело "общественного призрения" находилось исключительно в руках Церкви. Древнейшими правовыми актами, определяющими благотворительность как составную часть жизни и деятельности Церкви, можно считать Уставы первых православных русских монастырей, о которых история донесла до нашего времени очень мало официальных сведений. Но до нас дошли жития святых и праведников, исторические повести, древнейшие летописные своды. Монастыри решали различные социальные задачи: давали приют осиротевшим и больным, организовывали больницы, делились зерном для посева с бедными крестьянами, выделяя на социальные цели десятину из своих доходов. Именно при монастырях начали строиться первые богадельни и больницы.
Корни русской благотворительности уходят к тем временам, когда Православная церковь стала основой государственности. Началом благотворительной деятельности в России принято считать 988 год - дату крещения Руси. С принятием христианства с одной из его основных заповедей - о любви к ближнему - на Руси впервые заговорили о призрении бедных.
Традиции благотворительности на Руси испокон веков находили поддержку у правителей. В честь своего бракосочетания с сестрой византийского императора Анной князь Владимир повелел возвести в Киеве церковь Пресвятой Богородицы, где из средств казны кормили нищих, сирот и вдов. В ознаменование победы над печенегами Владимир выделил 300 гривен серебра для раздачи бедным, а также, как свидетельствует Начальная русская летопись, "повелел всякому нищему и убогому приходити на двор княжь и взимати всяку потребу, питие и ядение". В 996 году он издал Устав, который поручал общественное призрение, попечительство - духовенству. Обращаясь к князю Владимиру, митрополит Киевский Илларион подчеркивает его милосердие и говорит, что князь исполнил Божественные заповеди: "просящим давал, нагих одевал, жаждущих и алчущих насыщал, болящих утешением всяческим утешал, должников искупал, рабам даруя свободу". В этом святитель Илларион видит реальное воплощение заповедей Христа, какое осуществил в своей государственной деятельности святой равноапостольный великий князь Владимир.
Великий князь Ярослав Владимирович, вступивший на престол в 1016 году, внес в Церковный и Земский уставы специальные разделы, связанные с благотворительностью. На личные средства он основал училище для сирот, в котором обучались и проживали 300 воспитанников. При Ярославе получило распространение бесплатное оказание медицинской помощи при монастырях и было открыто первое в Новгороде училище для бедных юношей. Благотворительные традиции Ярослава продолжили его сыновья Изяслав и Всеволод.
Активно помогал неимущим и внук Ярослава князь Владимир Мономах: он щедро раздавал деньги нуждающимся, призывая детей и дружину следовать своему примеру: "Странние и нищие накормляли и напояли, избавите обидимаго, защитите сироту, оправдайте вдовицу".
В период феодальной раздробленности и золотоордынского ига Церковь была единственным прибежищем для нуждающихся в помощи людей. Церковь и монастыри в XII-XIII веках фактически взяли на себя благотворительную функцию. Этому способствовало и то обстоятельство, что татарские ханы, особенно в первый период господства над Древней Русью, уважительно относились к духовенству, давали митрополитам охранительные грамоты (ярлыки), освобождали церкви и монастыри от поборов, давая тем самым Церкви большую возможность для занятия делами милосердия и благотворительности, помощи нуждающимся. Именно в период татаро-монгольского ига Церковь учредила первые в государстве больницы, в которых лечили бедных бесплатно.
XIV-XVII века являются временем расцвета Русской православной церкви. В это время особенно широко развернулась ее деятельность в сфере благотворительности. Так как в данный период Церковь находится в тесной связи с государством, великие князья принимают непосредственное участие в ее деятельности.
При Иване III были собраны все прежние грамоты и установления, приняты новые законы по выделению средств церквям и монастырям на содержание бедных. При Василии III по инициативе и с помощью князя в некоторых монастырях создавались больницы и богадельни. Иван Грозный в своих вопросах Стоглавому Собору поставил задачу расширения благотворительности. Он утверждал, что в каждом городе должны быть построены богадельни, больницы и созданы приюты для всех нищих и убогих.
Часто накануне больших праздников цари, переодевшись, тайно посещали тюрьмы, больницы, приюты, где раздавали милостыню. Благотворительность, не рассчитанная на общественное признание, воспринималась как выражение христианской любви к ближнему.
С ростом влияния Церкви возрастала и роль монастырей. В Москве, в Новоспасском, Новодевичьем и Донском монастырях, сохранились здания XVII века, в которых находились лечебницы, долгое время бывшие основным местом, где москвичи получали врачебную помощь. В Николаевско-Пешношском монастыре оказывалось бесплатное лечение в больнице, имелся гостиный двор. С конца XVI века прославился своей благотворительностью Коневский Рождественский мужской монастырь, имевший бесплатную гостиницу для путешественников и странноприимный дом для богомольцев. Кроме того, особое внимание уделялось бесплатному обучению грамоте бедных детей, сирот, для которых открывались приюты при монастырях, церковно-приходские школы. Истинным примером христианского милосердия служит жизнь святителя Макария в годы его служения архиепископом Великого Новгорода и Пскова: в 1595 году он отдал все деньги на выкуп пленных у крымских татар.
Широко развернулась благотворительная деятельность при первых Романовых: Первый русский царь из династии Романовых, Михаил Федорович, поручил патриаршему приказу открытие сиротских домов. Его преемник, Алексей Михайлович, занимался благотворительностью не от случая к случаю: в царском дворце на полном обеспечении постоянно жили богомольцы, юродивые, странники. Видным московским благотворителем был близкий советник царя Алексея Михайловича - Федор Ртищев. Он первым в России предпринял попытку объединить частную благотворительность с государственной. Во время войн с Речью Посполитой и Швецией (1654-1656 годы) Ртищев создавал больницы для раненых солдат. На личные и государственные средства он выкупал русских солдат из плена. Первая гражданская больница в Москве была устроена боярином Фёдором Ртищевым неподалёку от его двора в конце 70-х - начале 80-х годов XVII века в районе старинной улицы Знаменки.
При Петре I права Церкви были значительно урезаны, что, однако, не помешало строительству новых больниц и домов призрения. Настоящим ударом по благотворительным заведениям Церкви стала секуляризация церковных земель, проводимая при императрицах Анне, Елизавете и Екатерине. Как известно, земли были в значительной степени переданы "новому" дворянству, которое приобрело огромное влияние в результате дворцовых переворотов. При Екатерине II происходит частичное восстановление системы социальной поддержки, однако уже не столько за счет потерявшей былое влияние Церкви, сколько за счет государства. Однако уже с 1764 года открываются новые монастыри, имеющие богадельни, приюты, странноприимные дома, школы с общежитиями для учеников.
Продолжила традиции благотворительности и много сделала для их расширения и укрепления супруга Павла I императрица Мария Федоровна. Современники называли Марию Федоровну министром благотворительности, а созданные или преобразованные ею воспитательные и благотворительные учреждения образовали собою целое "ведомство учреждений императрицы Марии". С 1797 года до самой своей смерти в 1828 году императрица Мария Федоровна начальствовала над старейшим и крупнейшим благотворительным ведомством в России, названным в ее честь. Благодаря ее деятельности, благотворительность стала составляющей и неотъемлемой частью государственной политики.
У императрицы Марии Федоровны было много последователей. Неоценимый вклад в дело благотворительности внес отец Иоанн Сергиев. В 1874 году он учредил в Кронштадте трудовое братство святого Андрея. При нем был создан Дом трудолюбия, где бездомные не просто получали питание, но овладевали профессиями и возвращались в нормальную жизнь. Впоследствии по этому образцу возникли подобные учреждения в Москве, Санкт-Петербурге и других городах.
В первые же годы советской власти благотворительная деятельность в России была практически прекращена. В ноябре 1917 года были упразднены все благотворительные учреждения и общества помощи инвалидам и их семьям. Церковь пыталась продолжать дело благотворительности и в те тяжелые годы - во время голода в Поволжье в начале 20-х годов Патриарх Тихон учредил Всероссийскую церковную комиссию для оказания помощи голодающим. В 1922 году эта комиссия была распущена властями, а собранные средства конфискованы. В 1928 году общецерковная благотворительность была запрещена (запрет был подтвержден в 1961 и 1967 годах). Государственные меры борьбы с нищетой переросли в борьбу с нищими. Бродяжничество объявили преступлением, бездомных отправляли подальше от больших городов, зачастую - в места заключения.
Но было бы несправедливо говорить о полном прекращении христианской благотворительности в советской России и обойти вниманием деятельность Церкви в годы Великой Отечественной войны.
В приходах проводился сбор средств на нужды обороны, на подарки бойцам, на содержание раненых в госпиталях и сирот в детских домах. 30 декабря 1942 года митрополит Сергий обратился к пастве с призывом собрать средства на сооружение колонны имени Дмитрия Донского. В ответ на призыв верующими было собрано более 400 тысяч рублей. Вся Москва собрала свыше 2 миллионов рублей, в блокадном голодном Ленинграде православные собрали один миллион рублей на нужды армии; в Куйбышеве стариками и женщинами было пожертвовано 650 тысяч. В Тобольске один из жертвователей принес 12 тысяч рублей и пожелал остаться неизвестным. Житель Челябинской области Михаил Александрович Водолаев написал в Патриархию: "Я престарелый, бездетный, всей душой присоединяюсь к призыву митрополита Сергия и вношу 1000 рублей из своих трудовых сбережений, с молитвой о скорейшем изгнании врага из священных пределов нашей земли". Всего на танковую колонну собрано было более 8 миллионов рублей. В Новосибирске православные отдали 110 тысяч рублей на строительство самолетов Сибирской эскадрильи "За Родину". Всего за войну по приходам собрано было более 200 миллионов рублей на нужды фронта.
В последнее десятилетие XX века в связи с произошедшими кардинальными экономическими изменениями, повлекшими за собой формирование частных капиталов и, как следствие, огромное расслоение населения, тема благотворительности в России вновь стала актуальной. Несмотря на формирование некой социальной системы поддержки нуждающихся, нельзя считать ее панацеей современного общества. У благотворительности есть несомненное преимущество перед любой чиновнической программой, и преимущество это - в личной заинтересованности благотворителя. Человек, оказывающий помощь не по служебному долгу, а по велению своей души, индивидуально подходит к каждому случаю, его цель - не создание видимости решения, а реальное искоренение проблемы путем приведения в жизнь последовательной благотворительной программы. Практика показывает, что в неспокойные и мутные времена наиболее эффективна частная благотворительность. Но она должна быть адресной, а расходование средств - прозрачным и понятным. Очень важно, чтобы процесс осуществления благотворительных акций координировался негосударственными общественными организациями под руководством энтузиастов-профессионалов. Именно таких энтузиастов, которые целиком преданы делу служения ближнему и которые трудятся "не корысти ради", следует поддерживать в первую очередь. Необходимо сделать все возможное, чтобы частная инициатива в благотворительности приобрела характер общественного процесса. Рано или поздно это произойдет, потому что потребность в благотворительности заложена в самой природе человека.
Специальный корреспондент "Шестого чувства" в Санкт-Петербурге Мария ЮЩЕНКОВА, исторический факультет СПбГУ, III курс
http://6chuvstvo.pereprava.org/0208_blagotvor.htm
