После Октябрьского переворота 1917 г. все близкие и доверенные лица русского царя нещадно уничтожались. В этом смертельном списке должно было появиться и имя лучшей подруги императрицы Александры Фёдоровны — фрейлины Анны Вырубовой (урождённой Танеевой), однако она чудом ускользнула от ЧК.
Анна Танеева на костюмированном придворном балу в Эрмитаже, 22 января 1903 года. Фото: public domain
В 1922 г. в Париже вышла её книга «Страницы моей жизни», которая активно не понравилась как советской власти, так и отдельным представителям белой эми-грации. Правда от Анны Вырубовой колола глаза и тем и другим, но даже её многочисленные недоброжелатели понимали: «милая мученица», как называла её в письмах императрица, больше других имела право голоса.
«Дешёвые колечки»
В декабре 1920 г. советско-финскую границу в районе пролива перешла босая женщина в драном пальтишке. Услышав шум, она решила, что это погоня. Оказалось, сзади прошёл ледокол «Ермак». Ещё чуть-чуть — и побег был бы невозможен. Эти «чуть-чуть» преследовали Анну. Все 5 раз, что она сидела в тюрьме, фрейлина оказывалась между жизнью и смертью. Первый раз её арестовал «маленький бритый человек» — Керенский . В камере с неё содрали цепочку вместе с православным крестом. Били кулаком в лицо, плевали в миску с бурдой — единственной едой. Солдаты, срывавшие с Анны драгоценности, возмущались, что «колечки дешёвые».
Анна никогда не была помешана на драгоценностях, вкладывала средства в благотворительность. Так, в 1915 г. Анна получила огромные по тем временам деньги — 80 тыс. рублей — в качестве компенсации от железной дороги за увечья, полученные во время аварии, — поезд сошёл с рельс. Полгода Анна была прикована к кровати. Всё это время императрица посещала фрейлину ежедневно, вызывая зависть придворных. Потом Анна Александровна передвигалась на инвалидном кресле, а в дальнейшем на костылях или с палочкой. Прочув-ствовав, что такое быть инвалидом, все деньги без остатка фрейлина потратила на создание госпиталя для инвалидов войны, где бы их обучали ремеслу, чтобы они могли себя в дальнейшем прокормить. Ещё 20 тыс. рублей добавил Николай II . Одновременно в госпитале находилось до 100 человек.
Собственной семьи у Анны после распада короткого брака с морским офицером Александром Вырубовым не было, по-этому всю себя она отдавала служению ближним. Добрые дела не раз возвращались к ней сторицей. Однажды в тюрьме рябой солдат, один из самых злостных гонителей Анны, вдруг резко переменился. В гостях у брата он увидел на стене фото Анны. Тот сказал: «Целый год в госпитале она была мне как мать». С тех пор солдат изо всех сил помогал лучшей подруге императрицы. Она также навсегда запомнила надзирательницу, которая в кромешном аду тюрьмы на Пасху тайком подарила ей красное яичко. Анна не держала зла на своих гонителей, молилась -Богу: «Прости их, не ведают, что творят».
Императрица Александра Фёдоровна, августейшие дочери Ольга,Татьяна и Анна Александровна (слева) - сёстры милосердия. Фото: public domain
После падения Временного правительства за фрейлину с новой силой принялись большевики. Её то сажали в камеру с налётчицами и проститутками, то выпускали, то снова арестовывали. Изощрёнными пытками добивались оговорить цар-скую семью. А в конце 1919 г. от Вырубовой решили избавиться, заставив самостоятельно ковылять по петроградским улицам к месту казни. Понимая, что у Анны нет сил сбежать, в охранники ей выделили лишь одного красноармейца. «Меня спас Бог. Это чудо», — напишет она о том, как среди толпы встретила женщину, вместе с которой часто молилась в монастыре на Карповке, где покоятся мощи святого Иоанна Кронштадтского . «Не давайтесь в руки врагам, — сказала она. — Идите, я молюсь. Батюшка Иоанн спасёт Вас». Словно что-то толкнуло Анну в спину, и она смогла затеряться в толпе, прижаться к стене дома. Красноармеец в панике пробежал мимо. И тут же её кто-то окликнул — знакомый, которому она когда-то помогла. «Анна Александровна, возьмите, пригодится!» — Он сунул ей в руку 500 рублей и скрылся. Деньги она отдала извозчику, назвав адрес знакомых за Петроградом. Позвонив к ним в калитку, она потеряла сознание. Потом Анна узнала, что засада с «мотором» (машиной) три недели караулила её на Гороховой улице, где она проживала. Также ЧК разослала на все вокзалы фото Вырубовой. Как загнанный зверь, Анна несколько месяцев пряталась то в одном тёмном углу, то в другом. Скиталась по добрым людям: «Я ушла из тюрьмы. Вы меня примете?» Нашлись десятки верующих, приютивших Анну ради Христа, — рискуя при этом жизнью.
Императрица из заточения в Тобольске писала в декабре 1917 г. Анне в Петроград: «Бесконечно тебя люблю и горюю за свою “маленькую дочку” (Анна была на 12 лет младше императрицы. — Ред.) — но знаю, что она стала большая, опытная, настоящий воин Христов... знаю, что тебя тянет в монастырь». Монашеский постриг с именем Мария Анна приняла в 1923 г. на Валааме в Смоленском скиту (с 1917 по 1940 г. остров был под юрисдикцией Финляндии). Её первым духовным отцом был насельник Валаамского монастыря старец иеросхимонах Ефрем (Хробостов). Она продолжала жить в миру как тайная монахиня, поскольку трудно было найти обитель, куда бы приняли инвалида. Зарабатывала Анна преподаванием иностранных языков, коих знала несколько. Родители дали ей блестящее образование. Её отец, Александр Танеев , был управляющим личной канцелярией Николая II, а мать, Надежда Танеева , — праправнучкой великого полководца Кутузова .
Анна пережила царскую семью почти на полвека и была похоронена в 1964 г. на православном кладбище в Хельсинки. Она ушла с миром, оставшись до конца верной Богу, Царю и Отечеству, о спасении которого неустанно молилась.
Анна Вырубова (Танеева) - приближенная последней императрицы Российской Империи, впоследствии - монахиня. Для Александры она была первой и самой близкой подругой, и царственная особа называла ее «милой мученицей».
Как все начиналось
Урожденная Танеевой, прожившая жизнь Вырубовой, Анна приходилась известнейшему Кутузову дальней родственницей, а точнее, прапраправнучкой. Около двух десятилетий отец фрейлины работал при дворе в качестве статс-секретаря, заправлял императорской Канцелярией в роли самого главного человека. Впрочем, для Танеева это не было неожиданностью - на том же посту до него трудился его отец, а ранее - дед. Семейству должность принадлежала при пяти императорах.
Удивительно, но многие современники, как известно из книги Анны Вырубовой, считали ее простого происхождения. Подобный стереотип был неправильным и неверным. Выйдя замуж, женщина потеряла свой статус фрейлины, тем не менее, так и осталась для царствующей императрицы самым близким дружески настроенным человеком. Это, кстати говоря, известно из терминов, которые царствующая особа применяла к своим близким: у нее были два «бейби», маленький - сын, большая - Анна.
Жизнь и смерть сплетаются столь близко
Бывшая в девичестве фрейлиной, Анна Вырубова сильно отличалась от основного императорского окружения. Когда Александра, выйдя замуж на российского императора, приехала в новую для нее страну, она сразу же решила принять местную веру. Женщина проявила ответственность, но вскоре заметила, что люди вокруг любят поговорить о Боге, в то время как угодную Господу жизнь вести не стараются. Единственной, кто в корне отличался от окружающих, была Анна, ставшая для Александры вскоре верной подругой на всю жизнь. Во многом именно поэтому императрица назвала однажды подругу «милой мученицей». Впрочем, жизненный путь фрейлины в полной мере оправдывал такое наименование. Проявляя положенное настоящему христианину смирение, Анна столкнулась с чередой непростых испытаний, но все они были вынесены с честью.
Как известно из биографии Анны Вырубовой, будучи восемнадцатилетней, девушка перенесла тиф. В тот момент она была буквально на краю гибели. Сама фрейлина объясняла тот факт, что смогла выжить, расположением Иоанна Кронштадтского, своего духовного защитника и заступника.
Беды не отступают
Спустя 11 лет после тяжелой болезни фрейлина государыни Анна Вырубова оказалась жертвой катастрофы на железной дороге. Казалось, спасти ее не получится: многочисленные переломы практически не оставляли надежды, жертва аварии не приходила в себя. Она попала в руки к Распутину, который, как заверяли очевидцы, оживил ее.
Спустя еще несколько лет, в пресловутом 1918-м, когда Анна шла на расстрел под надзором красноармейца, в толпе ей встретилась знакомая - они часто оказывались одновременно в месте захоронения святых останков Иоанна Кронштадтского на Карповке. В этом монастыре обе благочестивые дамы возносили мольбы Господу. Женщина попросила Анну не отдаваться во вражеские руки, сказала, что будет молиться за нее, и пообещала спасение - оно должно было прийти от святого Иоанна. Как известно из биографии Анны Вырубовой, вскоре ей довелось затеряться в толпе, затем встретился ранее получивший от бывшей фрейлины помощь знакомый. Теперь пришла его очередь помогать, и мужчина передал женщине 500 рублей. Казалось, Анна спаслась чудом.
Правдами и неправдами
Очень сложно в отечественной истории найти другую женщину, которую бы столь тщательно и старательно пытались очернить в глазах народа. Многие убеждены, что в биографии фрейлины Анны Вырубовой можно найти только множественные порочные рассказы о жизненных ситуациях. Слухи об этом распространялись еще задолго до революционных событий, и простой люд был твердо убежден, что от такого окружения императорская власть лишь страдает. Говорили, что благодаря Вырубовой вблизи царя получил свое место Распутин, сплетничали о бесчинствах, которые они вместе организуют. Более того, говорили, что Анна соблазняет императорскую жену - и добилась в этом успехов.
Была издана книга за авторством Анны Вырубовой - «Страницы моей жизни». В ней бывшая фрейлина подробно рассказала, как и откуда в те времена рождались слухи. Например, сестра Анны описывала ей, как однажды дама Дерфельден с утра пораньше с гордостью рассказывала о том, что занимается созданием слухов: якобы императорская жена спаивает своего мужа. Окружающие слушают, буквально открыв рот - и все верят тому, что слышат.
Слухи и их основа
Анна Александровна Вырубова была оклеветана не раз - но люди, знакомые с ней лично, не верили в порочные слухи, распространяемые недоброжелателями. Говорили, что только лишь знакомство с Анной уже могло изменить человека в лучшую сторону. Удивительные воспоминания сохранились у Руднева, выбранного следователем по делу Анны. Когда он отправлялся впервые на допрос бывшей фрейлины, настроен к женщине был категорически недоброжелательно - и это неудивителен, ведь он слышал все то, что про нее говорили другие. Когда же он впервые ее увидел, то впечатлился глазами, их выражением - кротким, буквально неземным. Дальнейшее общение с женщиной полностью подтвердило сложившееся при первой встрече впечатление.
Анна Александровна Вырубова за свою жизнь хорошо узнала, что такое неволя - пять раз она оказывалась в местах принудительного заключения. Впервые она попала туда при Керенском, впоследствии - при большевистской власти. Анну пытали. Известно, что один из наиболее сильно ненавидящих ее гонителей, рябой солдат, постоянно преследовавший женщину, хоть и незнакомый с ней лично, однажды внезапно переменился. У брата на стене он увидел фотографию Анны и сказал, что в течение года она ухаживала за ним в госпитале так, словно он был ее сыном. С того дня и пока были возможности, этот человек старался помочь Вырубовой, чем мог.
Ответственность и ее отсутствие
Как известно из оставленных Рудневым воспоминаний, Анна Вырубова подвергалась гонениям, пока была в тюрьме. Сам он про них узнал, пообщавшись с матерью женщины. Бывшая фрейлина об издевательствах не говорила, а на прямой вопрос ответила, что ее мучители не понимают, что делают, а значит, и винить их нельзя.
Творить добро - в меру сил
Из дневников Анны Вырубовой известно, что железная дорога выплатила ей компенсацию за увечья, связанные с катастрофой, жертвой которой бывшая фрейлина стала. В 1915-м она получила 80 000 рублей. В те времена это казалось баснословной, невероятно большой суммой. Пока женщина восстанавливалась, российская императрица ежедневно заглядывала к ней. Первое время Анна могла перемещаться лишь на инвалидном кресле, затем пользовалась костылями, палочкой. Деньги, полученные от железной дороги, она вложила в строительство госпиталя, предназначенного для получивших на войне тяжелые увечья солдат. Заведение задумывалось как место, где инвалидов обучали бы ремеслу, дабы эти люди могли обеспечивать себе жизни. Для создания заведения император выделил дополнительно 20 000 рублей. Готовый госпиталь мог одновременно обслуживать около сотни посетителей. Последняя русская императрица, ее девочки и самая близкая подруга работали в стенах заведения в качестве сестер милосердия.
Когда говорят о добром и святом, обычно ненавистники бывшей фрейлины в пику упоминают о ее связи с Григорием Распутиным. Анна Вырубова, согласно расхожему мнению, ввела этого человека в императорскую семью. Однако исторические факты противоречат таким убеждениям. Как следует из достоверных источников, это императрица познакомила свою подругу со старцем из Сибири. Едва они встретились, как мужчина сказал, что основное желание Анны - служить императорской семье до самой смерти, и оно исполнится. Он же предсказал, что Анна будет замужем, что ее брак сложится несчастливо.
Жизнь показывает…
… что Распутин был прав. Молодая фрейлина Танеева вышла замуж, была запечатлена на фото Вырубова Анна Александровна, молодая и счастливая - но совсем недолго. Всего спустя год после заключения брака женщина развелась.
В дальнейшем на то, каким сложится путь Анны, во многом повлияет именно Распутин. Она была уверена, что в 1915-м выжила только благодаря его усилиям. Слухи, связанные с близостью со старцем, превратят Анну в изгнанницу среди эмигрантов - люди будут стыдиться подавать ей руки, будучи наслышанными об оргиях и прочих непотребствах.
Бесчинства, в которых Анна Вырубова наравне со старцем Григорием якобы принимала активное участие, не более чем выдуманы ненавистниками. В 1918 официальное медицинское освидетельствование подтвердило, что женщина все еще остается девственной. Впрочем, злые языки это утихомирить не смогло.
Новые места и новые события
1920-й в жизни Анны Вырубовой отмечен паническим переездом в Финляндию. Женщина сбежала из родной страны вместе с матерью. Чтобы покинуть Петроград, было решено пройти по льду залива - другие пути казались еще более опасными. В 1923-м на Смоленском скиту появилась новая монахиня - Мария. Правда, здоровье ее было таким слабым, что ни одна обитель не согласилась взять новенькую, и женщина стала тайной монахиней, продолжая жить среди обычных людей. Под фамилией Танеева она обитала в Финляндии более 40 лет, и умерла, будучи восьмидесятилетней, в 1964-м.
В эмиграционные годы Анна Вырубова издала книгу. Ее название она выбрала сама - «Страницы моей памяти». Впервые издание появилось в печати в 1922 в Париже. В СССР посчитали, что подобная книга может нарушить образ державы, стать подрывным инструментом против большевистской идеологии. Наскоро был состряпан и издан «Дневник Вырубовой». К написанию этой книги бывшая фрейлина никакого отношения не имеет, издание целиком и полностью - мистификация и подделка. Основная идея этой книги - выставить императорскую семью и ближайшее окружение этих людей в максимально дурном свете. В наши дни поддельность этой книги доказана официально, хотя иногда даже «ученые» прибегают к ней, пытаясь найти поддержку своих мнений. Предполагается, что «Дневник Вырубовой» написали в соавторстве Щеголев и Толстой.
Жизнь - штука сложная, а вблизи царя - поблизости от смерти
В 1920-м Анна Вырубова смогла сбежать из Петрограда только благодаря содействию своей сестры, к этому времени уже жившей в Финляндии. Взяв мать, имея при себе лишь сани, они переходили залив в ночи. Вырубова шла босиком, и проводник, увидев это, отдал ей собственные носки.
В 1926-м женщина прочитала «Прожектор», издаваемый в те времена в СССР популярный журнал. Бодрые стихотворения в нем перемежались хрониками и новостями, указывающими, как хорошо идет жизнь при советах, очерки воспевали прекрасную повседневность, и внезапно в апрельском номере была опубликована фотография Анны. В статье было написано, что к этому моменту женщина уже умерла, а при жизни она была распутинской поклонницей, во многом определившей худшие годы царской власти. Статья указывала на ставленничество Протопопова, пришедшего к власти якобы благодаря Анне. Некролог также указывал, что назначения на многие государственные посты проходили именно через нее.
Что ощущала, глядя на свое фото, Анна Вырубова, знает только лишь она. Несправедливое отношение, обида за то, что ее вновь оболгали - такие чувства могли бы быть совершенно естественными. Возможно, женщина ощутила легкость - ведь та Вырубова, про которую говорили и писали, не имела ничего общего с настоящей, и молва сама похоронила того монстра, что создала собственными силами.
А ведь начало было таким многообещающим!
Казалось, с самого рождения детям Танеева была гарантирована хорошая, стабильная жизнь в почестях, уважении и довольстве. Преданный императору государственный служащий был родственником известного композитора, дружил с Шаляпиным. О нем хорошо отзывался Чайковский. Отец Анны получил безупречное образование и постарался дать такое же своим детям. Когда девочки из знатных семей подрастают, лучшие из лучших могут стать фрейлинами императрицы - об этом Танеевы знали с малых лет, и для Анны такой статус был пределом мечтаний. Красивая и простая голубоглазая девушка еще не знала, что окажется жертвой сплетен и насмешек, инсинуаций, которые будут окружать ее до самой смерти.
Первый бал столь прекрасной в своей девичьей простоте и невинности - а это отражают старинные фото - Анны Вырубовой, точнее, в те времена еще Танеевой, случился в 1902-м. Именно тогда ее впервые представили императорскому окружению. Поначалу застенчивая, девушка вскоре освоилась и только за первый зимний сезон посетила 32 бала. Впрочем, через несколько месяцев она смертельно заболела и лишь чудом выжила. После первой помощи, оказанной Иоанном Кронштадтским, Анна получила лечение в Бадене и Неаполе. С тех пор и до конца своих дней в молитвах Анна будет вспоминать именно Иоанна и никого иного, почитая его своим самым сильным и небезразличным заступником.
Карьера складывается
Свой уникальный шифр, означавший статус императорской фрейлины, Анна получила в 1903-м. Ей подарили декорированные великолепными бриллиантами инициалы, что означало почетный вожделенное положение. Впоследствии одна из личных фрейлин приболела и для временной замены женщины выбрали именно Танееву. Императрица так к ней сразу привязалась, увидев близкого себе человека, что оставила рядом. Интриги и сплетни, наполнявшие дворец, не давали женщине спокойно вздохнуть, и лишь присутствие Анны несколько облегчало тягостную атмосферу приближающейся катастрофы.
Урожденная Алисой, выбравшая себе имя Александра, императрица оказалась при дворе Романовых не к месту, и знатные люди настороженно воспринимали избранную Николаем Вторым себе в жены женщину. Она ощущала недружелюбное отношение, тщательно маскируемое этикетом. Знать ценила безупречный внешний вид, требовала от каждого говорить на французском, словно на родном языке, ожидала, что человек будет вести себя безукоризненно и проявлять такие же манеры. Императрица, однако, ошибалась в речи на французском, нарушала мелкие тонкости этикета и не смогла сдружиться с тещей, которая все еще старалась концентрировать в своих руках максимум власти.
Отношения и жестокая реальность
Для окружающих смотреть на нежность между царственными супругами было настоящей мукой. Александра от природы была застенчива, и многим это казалось проявлением высокомерия. Каждый дворцовый угол полнился сплетнями, и императрица не могла найти ни одной подруги. И тут появилась Анна - простая и искренняя, веселая и очаровательная девушка, казалось бы, еще не испорченная этикетом и ядом общества.
У подруг появилась возможность говорить обо всем на свете, показывать друг другу фотографии, зачитывать строки из книг. Участие и тепло - бесценные вещи, о которых не раз написали в своих творениях классики, и только с появлением Анны они вошли в жизнь последней русской императрицы. Отправившись на финские шхеры с царствующей семьей, Анна услышала от государыни удивительное признание - в том, что та больше не будет одинокой никогда, поскольку у нее есть посланная Господом подруга.
Где тут правда?
Окружение возненавидело молодую девушку за столь легко и быстро полученные ею привилегии императорской подруги. Люди не могли поверить, что у молодой девушки нет темных намерений и скрытых целей. Впрочем, как признавали друзья, Анна и в самом деле всего лишь бескорыстно желала быть рядом с полюбившейся ей императрицей. Фрейлинский статус был довольно престижным, каждая его обладательница жила во дворце, имела слугу и повозку, извозчика, а будучи личной фрейлиной - ежегодное жалование, но императорская подруга не могла рассчитывать на материальное обеспечение. Официально в статусе фрейлины она провела лишь несколько месяцев перед своей свадьбой. Впрочем, многие завидовали и этому, ведь считалось, что фрейлины имеют возможность заключить самый выгодный из возможных браков. В случае молодой Танеевой это закончилось истинным кошмаром.
О личной жизни
Так сложилось, что в качестве супруга императрица подобрала для своей любимой подруги офицера флота Вырубова. Он был участником трагедии при Цусиме и выжил буквально чудом. Катастрофа не прошла даром - мужчина был жертвой депрессии, и генетические нарушения влияли на психическое состояние. Со стороны этого заметно не было, поэтому императрица даже не представляла, кому отдает свою близкую. Практически сразу после свадьбы Анна поняла - жизни в таком браке не будет, этот человек для нее опасен. Она прожила с мужем, дожидаясь развода, год, наполненный постоянным страхом за свою жизнь.
Статусы и возможности
Как женатая, так и разведенная женщина не вправе занимать фрейлинский пост, но Анна осталась при дворе, будучи для императрицы словно бы сестрой. Она стала ее близкой подругой, была с ней в тревожные дни и счастливые ночи. Без устали подруги работали бок о бок в военном госпитале, не смущаясь ран и увечий. Императорская семья звала женщину душечкой.
Анна была добра и об этом знали, этим пользовались. Она помогала раненым, но не только лишь - постоянно карманы ее платьев полнились записками тех, кто молил о содействии. Люди убедили себя, что бывшая фрейлина всемогуща, и обращались к ней за всем, от помощи в получении высокого поста до содействия в приобретении шинели, чтобы можно было пойти учиться. Да только вот сил у Анны было мало, а любая протекция с ее стороны скорее вредила, нежели шла на пользу - так ее невзлюбили при дворе. Конечно, отказать Анна не могла, старалась помочь в меру возможностей, и за это считалась интриганкой.
Всего под покровительством императрицы при дворе прошло 12 лет. Анна признавала в своих воспоминаниях, что эти годы были для нее самыми счастливыми. Она прошла крестный путь со своими близкими людьми до самого конца. Она поддерживала Александру в момент, когда ее супруг отрекся от престола и вписал в свой дневник памятную фразу, признавая, что окружают его только лишь трусы и предатели. Она выхаживала вместе с Александрой заболевших корью царских детей - пока не заразилась от них сама.
Как все заканчивается
После мытарств на родине Анна оказалась в Финляндии, где впервые властные структуры отнеслись к ней с уважением. Ее допросили, уточнили планы. Сперва женщина и ее мать поселились в Терийоки, оттуда перебрались в Выборг. Жизнь складывалась сложно, здоровье подводило, приходилось выживать в нищете. Иные эмигранты избегали Анну, да и сама она не старалась поддерживать с ними контакты. Вместо общения, она выбрала для себя молитву. В 1939-м было решено снова переезжать - Советский Союз начал войну с Финляндией и были серьезные опасения отхода Выборга под власть Советов. Укрытие было найдено в Швеции, где в этот момент королевой была племянница Александры, бывшая подруга детства Анны. Царственная особа даровала Анне небольшую пенсию, оказавшуюся достаточной, чтобы достойно прожить остаток жизни в Хельсинки, на улице Топелиуса. Вблизи своего дома Анна похоронена - на Ильинском кладбище. Женщина умерла от старости 20 июля 1964-го.
Перед вами - репринтное воспроизведение книги, выпущенной в 1928 году рижским издательством «Ориент». Книга состоит из двух частей - так называемого «Дневника» Анны Вырубовой, фрейлины последней российской императрицы, и ее воспоминаний.
«Дневник» Вырубовой печатался в 1927–1928 г.г. на страницах журнала «Минувшие дни» - приложения к вечернему выпуску ленинградской «Красной газеты». В качестве тех, кто готовил эту публикацию, были названы О. Брошниовская и З. Давыдов (последнему в настоящей книге ошибочно дана женская фамилия). Что же касается воспоминаний Вырубовой, то они в нашей стране не издавались, лишь небольшие отрывки из них были опубликованы в одном из сборников серии «Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев», выпущенной Госиздатом в двадцатые годы.
Вокруг имени Анны Вырубовой долгое время ходило много легенд и домыслов. То же можно сказать и о ее записках. Если воспоминания Вырубовой, озаглавленные автором «Страницы из моей жизни», на самом деле принадлежат ее перу, то «Дневник» является не чем иным, как литературной мистификацией. Авторами этой социально заказанной мистификации были писатель Алексей Толстой и историк П. Е. Щеголев. Нельзя не отметить, что сделано это с величайшим профессионализмом. Естественно предположить, что «литературную» часть дела (в том числе стилизацию) выполнил А. Н. Толстой, «фактическую» же сторону разработал П. Е. Щеголев, который, как известно, кроме всего прочего, был редактором семитомного издания «Падение царского режима».
Книгу «Фрейлина ее величества» составил и прокомментировал С. Карачевцев. Публикуя под одной обложкой «Дневник» и воспоминания Вырубовой, он подверг их значительным сокращениям (особенно это касается «Дневника»). Однако книга, сопоставляющая в целом эти сочинения, будет, без сомнения, интересна и сегодняшнему читателю, который сможет сделать из этого сопоставления собственные выводы.
Нужно сказать, что домыслами сопровождалась и дальнейшая судьба Анны Александровны Вырубовой. Еще в 1926 году журнал «Прожектор» сообщил о смерти в эмиграции бывшей фрейлины, «личного друга Александры Федоровны», «одной из самых ярых поклонниц Григория Распутина». В вышедшем недавно (1990) Советском энциклопедическом словаре осторожно сказано, что Вырубова умерла «после 1929». Между тем, как стало известно, под своей девичьей фамилией (Танеева) бывшая фрейлина ее величества прожила в Финляндии более четырех десятилетий и скончалась в 1964 году в возрасте восьмидесяти лет; похоронена она в Хельсинки на местном православном кладбище. В Финляндии Анна Александровна вела замкнутый образ жизни, уединившись в тихом лесном уголке Озерного края, на что, впрочем, имелись довольно веские причины. Во-первых, выполняя данный перед тем, как покинуть родину, обет, она стала монахиней; во-вторых, многие эмигранты не желали общаться с человеком, чье имя было скомпрометировано одним лишь упоминанием рядом с именем Григория Распутина.
Обстоятельные подробности последних десятилетий жизни А. А. Вырубовой-Танеевой выяснил иеромонах Арсений из Ново-Валаамского монастыря, что в четырехстах километрах к северо-востоку от столицы Финляндии.
Многие годы бывшая фрейлина работала над мемуарами. Но издать их она так и не решилась. Они были выпущены на финском языке уже после ее смерти. Думаем, что со временем и эта книга придет к нашему читателю.
А. Кочетов
Колесница времени мчится в наши дни быстрее экспресса, Прожитые годы уходят назад, в историю, порастают быльем, утопают в забвении. С этим не может, однако, примириться пытливый человеческий ум, побуждающий нас добывать из мглы прошлого хотя бы отдельные обломки былого опыта, хотя бы слабое эхо отзвучавшего дня. Отсюда - постоянный и большой интерес к историческому чтению, еще более возросший у нас после революции; она открыла многочисленные архивы и сделала доступными такие уголки прошлого, которые раньше были под запретом. Широкого читателя всегда гораздо больше влекло к ознакомлению с тем, «что было», нежели с тем, «чего не было» («выдумкой сочинителя»).
В трагической истории крушения могущественной империи, личность фрейлины Анны Александровны Вырубовой, урожденной Танеевой, неразрывно связана с императрицей Александрой Федоровной, с Распутиным, со всем тем кошмаром, которым была окутана придворная атмосфера Царского Села при последнем царе. Уже из опубликованной переписки царицы было ясно видно, что Вырубова являлась одной из главных фигур того интимного придворного кружка, где скрещивались все нити политических интриг, болезненных припадков, авантюристических планов и проч. Поэтому воспоминания фрейлины Вырубовой представляет животрепещущий интерес для всех кругов.
О своей семье и о том, как попала она ко двору, Вырубова в своих мемуарах пишет:
Отец мой, Александр Сергеевич Танеев, занимал видный пост статс-секретаря и главноуправляющего Его Императорского Величества Канцелярией в продолжение 20 лет. Тот самый пост занимали его дед и отец при Александре I, Николае I, Александре II, Александре III.
Дед мой, генерал Толстой, был флигель-адъютантом Императора Александра II, а его прадед был знаменитый фельдмаршал Кутузов. Прадедом матери был граф Кутайсов, друг Императора Павла I.
Несмотря на высокое положение моего отца, наша семейная жизнь была простая и скромная. Кроме службы, весь его жизненный интерес был сосредоточь в семье и любимой музыке, - он занимая видное место среди русских композиторов. Вспоминаю тихие вечера дома: брат, сестра и я, поместившись за круглым столом, готовили уроки, мама работала, отец же, сидя у рояля, занимался композицией.
6 месяцев в году мы проводили в родовом имении «Рождествено» под Москвой. Соседями были родственники - князья Голицыны и Великий Князь Сергей Александрович. С раннего детства мы, дети, обожали Великую Княгиню Елизавету Феодоровну (старшую сестру Государыни Императрицы Александры Феодоровны), которая нас баловала и ласкала, даря платья и игрушки. Часто мы ездили в Ильинское, и они приезжали к нам - на длинных линейках - со свитой, пить чай на балконе и гулять в старинном парке. Однажды, приехав из Москвы, Великая Княгиня пригласила нас к чаю, как вдруг доложили, что приехала Императрица Александра Феодоровна. Великая Княгиня, оставив своих маленьких гостей, побежала навстречу сестре.
Первое мое впечатление об Императрице Александре Феодоровне относится к началу царствования, когда она была в расцвете молодости и красоты: высокая, стройная, с царственной осанкой, золотистыми волосами и огромными, грустными глазами - она выглядела настоящей царицей. К моему отцу Государыня с первого же времени проявила доверие, назначив его вице-председателем Трудовой Помощи, основанной ею в России. В это время зимой мы жили в Петербурге, в Михайловском Дворце, летом же на даче в Петергофе.
Возвращаясь с докладом от юной Государыни, мой отец делился с нами своими впечатлениями. На первом докладе он уронил бумаги со стола, Государыня, быстро нагнувшись, подала их сильно смутившемуся отцу. Необычайная застенчивость Императрицы его поражала. «Но, - говорил он, - ум у неё мужской - une téte d’homme». Прежде же всего она была матерью: держа на руках шестимесячную Великую Княжну Ольгу Николаевну, Государыня обсуждала с моим отцом серьезные вопросы своего нового учреждения; одной рукой качая колыбель с новорожденной Великой Княжной Татьяной Николаевной, она другой подписывала деловые бумаги. Однажды, во время одного из докладов, в соседней комнате раздался необыкновенный свист.
Лично у меня нет никакого опыта в том, что якобы у Распутина была особая эротическая притягательная сила. Да, правда, многие женщины ходили спрашивать у него совета в своих любовных делах, принимая его за талисман, приносящий счастье, но обычно Распутин призывал их прекращать свои любовные приключения.
Помню одну девочку, по имени Лена, которая относилась к ревностнейшим слушателям духовных толкований Распутина. Однажды у Распутина был повод посоветовать девочке прекратить своё близкое знакомство с неким студентом. Лена приняла совет как беcпричинное вмешательство в её личную жизнь, и она возмутилась этим так, что уверила епископа Феофана в том, что Распутин приставал к ней. Случай был причиной для первой дурной сплетни о Распутине. После этого церковные круги стали посматривать на него подозрительно.
Распутин в первый год его пребывания в Петербурге повсюду был принят с большим интересом. Как то будучи в семье одного инженера, вспоминаю его, сидящего в окружении семи епископов, образованных и учёных мужей, и отвечающего на глубокие религиозно-мистические, затрагивающие Евангелие, вопросы. Он,совершенно не образованный сибирский монах, давал ответы, которые глубоко удивляли других.
Была всегда того мнения, что Царская Чета сделала грубую ошибку, что не позаботилась об отправлении Распутина в монастырь, откуда в случае надобности могла бы получена от него помощь.
Распутин действительно мог прекратить приступы кровоизлияния!
Помню одну встречу с профессором Фёдоровым уже при начавшейся революции. Он лечил Наследника с самого его рождения. Мы вспоминали случаи, когда использованные медицинские методы всё же не могли прекратить кровоизлияние, а Распутин, делая только крестное знамение над больным Наследником, останавливал кровотечение.«Родителей больного ребёнка надо понимать», – была у Распутина привычка говорить.
Бывая в Петербурге, Распутин жил в маленьком дворовом доме на Гороховой улице. У него ежедневно бывали очень разные люди – журналисты, евреи, бедные, больные – и он постепенно начал быть своего рода посредником просьб между ними и Царской Четой. Когда он бывал во Дворце, его карманы были полны всевозможных просьб, которые он принял. Подобное раздражало Государыню и, совершенно особо Государя.Они ожидали услышать от него или предсказания, или описания загадочных явлений. В качестве награды за труды и доставку просьб до места некоторые давали Распутину деньги, которые он никогда не держал при себе, а раздавал сразу же бедным. Когда Распутин был убит, у него не нашли ни копейки денег.
Позднее и, особенно во время войны, те, которые хотели очернить Трон, ходили к Распутину. Вокруг него всегда были журналисты и офицеры, которые возили его по кабакам, спаивая его, или устраивали попойки в его маленькой квартире – иначе говоря, делали всё возможное, чтобы выставить Распутина в дурном свете к всеобщему вниманию и чтобы таким образом косвенно нанести вред Государю и Государыне.
Имя Распутина вскоре было очернено. Их Величества всё же отказывались верить скандальным историям о Распутине и говорили, что он терпит за правду, как мученик. Только зависть и недоброжелательность диктуют, вводящие в заблуждение высказывания.
Кроме Их Величеств, также высший духовный круг проявлял интерес к Распутину в начале года. Один из членов этого круга рассказал о глубоком впечатлении, произведённом Распутиным на них на одном из вечеров. Распутин обратился в сторону одного находящегося в их группе, говоря: «Почему вы не признаёте свои грехи?». Мужчина побледнев, отвернул своё лицо.
Государь и Государыня впервые встретились с Распутиным в доме Великих Князей Петра и Николая Николаевича; их семьи считали Распутина пророком, который давал им наставления в духовной жизни.
Вторая сделанная Их Величествами серьёзная ошибка – главный повод для сплетен – было тайное проведение Распутина во Дворец. Так делалось по просьбе Государыни почти всегда. Действие было совершенно неразумным и бесполезным, буквально, то же самое, что, непосредственно во Дворец, вход которого круглосуточно охранялся полицией и солдатами, никто не мог бы пройти тайно.
В Ливадии Государыня услышав, что Распутин прибыл в Ялту, часто отправляла меня с экипажами за ним. Отъехав от главных ворот, возле которых стояло шесть или семь полицейских, солдат или казаков, мне надо было дать им указание провести Распутина через небольшой вход со стороны сада, прямо в личное крыло Государя и Государыни. Естественно, вся охрана заметила его приезд. Иногда члены Семьи на следующий день, за завтраком не хотели здороваться со мной за руку, так как, по их мнению, я была главной причиной прибытия Распутина.
Анна Александровна Вырубова (Танеева)
Первые два года дружбы между Государыней и мною, Государыня пыталась и меня тайно проводить в свою рабочую комнату через комнаты служанок, не замеченной своими фрейлинами, чтобы не возбудить зависть их ко мне. Мы проводили наше время за чтением или рукоделием,но способ, которым меня проводили к ней, дал повод для неприятных и совершенно беспричинных сплетен.
Если бы Распутин с самого начала был бы принят через Дворцовый главный вход и введён доложенный адъютантом, как и кто угодно, просящий аудиенции, превратные слухи вряд ли бы возникли, во всяком случае, в них вряд ли бы верили.
Сплетни получили своё начало во Дворце, среди окружения Государыни и, именно по этой причине в них верили.
После моего бегства из России, будучи в Валаамском монастыре я встретила там старого монаха. Он рассказал мне, что встречал Распутина в Иерусалиме и видел его среди паломников у рак со святыми мощами.
Великие Княжны любили Распутина и называли его по имени «Наш друг». Под влиянием Распутина Великие Княжны предполагали, что они никогда не пошли бы замуж, если бы им пришлось отказаться от своей православной веры. Также и маленький Наследник был привязан к Распутину.
Идя в комнату Государыни, чуть спустя после известия об убийстве Распутина, я слышала всхлипывающего Алексея,спрятавшего голову в оконную штору: «Кто теперь поможет мне, если «Наш друг» умер?».
В первые дни войны отношение Государя к Распутину изменилось и стало намного холоднее.Поводом послужила телеграмма, которую Распутин отправил Их Величествам из Сибири, где он поправлялся от раны, нанесённой ему некой женщиной. Государь и Государыня в телеграмме, которую я отправляла, просили Распутина помолиться о победной войне для России. Ответ был непредвиденным: «Сохраните мир любыми способами, так как война означает погибель для России». Получив телеграмму Распутина, Государь потерял своё самообладание и порвал её. Государыня,невзирая на это, не прекратила уважать Распутина и доверять ему.
Один из родственников Распутина сказал мне, что он предсказал, что Феликс Юсупов убьёт его.
В России немецкие агенты были повсюду – на заводах, на улицах, даже в очередях за хлебом. Начались распространяться слухи, что Государь хочет заключить сепаратный мир с Германией и что Государыня и Распутин стоят за спиной намерения. Если бы у Распутина было бы такое влияние на Государя, как утверждается, тогда почему Государь не приостановил мобилизацию? Государыня была против войны, как было сказано перед этим. Из предыдущего также ясно, что во время войны она возможно больше, чем никто другое штатское лицо, пыталась воздействовать на то, чтобы привести войну к решающей победе.
Слухи, согласно которых с Германией готовиться сепаратный мир, дошли даже до английского посольства.
Вся клевета и слухи, направленные против Царской Семьи, об ожидаемом заключении мира с Германией, доводились до сведения иностранных посольств. Большая часть союзников догадывались оставить их на своё собственное усмотрение, единственно, кто оказался жертвой, как немецких, так и революционных распространяемых сплетен, оказался английский посол сэр Георг Бьюкенен. Он и встал в общение между революционерами и Правительством.
16 декабря 1916 года было отправным выстрелом революции. Многие считали, что Феликс Юсупов и Дмитрий Павлович своим героическим поступком спасли Россию. Но произошло совсем иначе.
Началась революция, события в феврале 1917 года причинили России полную разруху. Отречение Государя от престола произошло совсем необоснованно. Государь был притеснен до такой степени, что он захотел отойти в сторону. Угрожалось, что если бы он не откажется от Короны, убьют всю его Семью. Это он сказал мне позднее при нашей встрече.
«Убийство никому не дозволено», – написал Государь на прошении, которое члены Императорской семьи оставили Ему,прося, чтобы не были наказаны Великий Князь Дмитрий Павлович и Феликс Юсупов.
Когда я вспоминаю все события того времени, мне кажется как будто Двор и высший свет были как бы большим сумасшедшим домом, настолько запутанно и странно всё было. Единственно,беспристрастное изучение истории на основании сохранившихся исторических документов, сможет внести ясность в ту ложь, клевету, предательство,неразбериху, жертвой которых, в конце концов, Их Величества оказались.
Распутин был убит в ночь с 16-го на 17-е декабря 1916 года. 16 декабря Государыня послала меня к Григорию Ефимовичу отвести ему икону, привезённую из Новгорода.Я не особенно любила ездить на его квартиру, зная, что моя поездка будет лишний раз фальшиво истолкована клеветниками. Я оставалась минут 15, слыша от него,что он собирается поздно вечером ехать к Феликсу Юсупову знакомиться с его женой Ириной Александровной.
Утром17 декабря ко мне позвонила одна из дочерей Распутина, которые учились в Петрограде и жили с отцом, сообщив, что отец их не вернулся домой, уехав поздно с Феликсом Юсуповым. Через час или два позвонили во Дворец от Министра Внутренних Дел Протопопова, который сообщал, что ночью полицейский, стоявший на посту у дома Юсуповых, услышав выстрел в доме, позвонил. К нему выбежал пьяный Пуришкевич и заявил ему, что Распутин убит. Тот же полицейский видел военный мотор без огней, который отъехал от дома вскоре после выстрелов.
Были жуткие дни. 19-го утром Протопопов дал знать, что тело Распутина найдено. Вначале у проруби на Крестовском острове нашли галошу Распутина, а потом водолазы наткнулись на его тело: руки и ноги были запутаны верёвкой; правую руку он, вероятно, высвободил, когда его кидали в воду; пальцы были сложены крестом. Тело было перевезено в Чесменскую богадельню, где было произведено вскрытие.
Несмотря на многочисленные огнестрельные раны и огромную рану на левом боку, сделанную ножом или шпорой,Григорий Ефимович, вероятно, был еще жив, когда его кинули в прорубь, так как легкие были полны водой.
Когда в столице узнали об убийстве Распутина, все сходили с ума от радости; ликованию общества не было пределов, друг друга поздравляли. Во время этих манифестаций по поводу убийства Распутина, Протопопов спрашивал совета Её Величества по телефону, где его похоронить. Впоследствии он надеялся отправить тело в Сибирь, но сейчас же сделать это не советовал, указывая на возможность по дороге беспорядков. Решили временно похоронить в Царском Селе, весной же перевести на родину.
Отпевали в Чесменской богадельне,и в 9 часов утра в тот же день (кажется 21 декабря) одна сестра милосердия привезла на моторе гроб Распутина. Его похоронили около парка на земле, где я намеривалась построить приют для инвалидов. Приехали Их Величества с Княжнами,я и два или три человека посторонних. Гроб был уже опущен в могилу, когда мы пришли. Духовник Их Величеств отслужил краткую панихиду и стали засыпать могилу. Стояло туманное, холодное утро и вся обстановка была ужасно тяжёлая:хоронили даже не на кладбище. Сразу же после краткой панихиды мы уехали.
Дочери Распутина, которые совсем одни присутствовали на отпевании, положили на грудь убитого икону, которую Государыня привезла из Новгорода.
Вот, правда о похоронах Распутина, о которых столько говорилось и писалось. Государыня не плакала часами над его телом, и никто из его поклонниц не дежурил у гроба.
Ради исторической правды я должна сказать, как и почему Распутин имел некоторое влияние в жизни Государя и Государыни.
Распутин был не монах, не священник, а простой «странник», которых немало на Руси. Их Величества принадлежали к категории людей, верящих в силу молитвы подобных странников.Государь, как и его предок, Александр I, был всегда мистически настроен;одинаково мистически была настроена и Государыня.
За месяц до моей свадьбы Её Величество просила Великую Княгиню Милицу Николаевну познакомить меня с Распутиным. Вошёл Григорий Ефимович, худой, с бледным, изможденным лицом, в чёрной сибирке; глаза его, необыкновенно проницательные, сразу меня поразили и напомнили глаза о. Иоанна Кронштадтского.
«Попросите, чтобы он помолился о чём-нибудь в особенности», – сказала Великая Княгиня по-французски. Я попросила его помолиться, чтобы я всю жизнь могла положить на служение Их Величествам. «Так и будет», – ответил он, и я ушла домой. Через месяц я написала Великой Княгине, прося её спросить Распутина о моей свадьбе. Она ответила мне, что Распутин сказал, что я выйду замуж, но счастья в моей жизни не будет. Особенного внимания на это письмо я не обратила.
…Распутиным воспользовались как поводом для разрушения всех прежних устоев. Он как бы олицетворял в себе то, что стало ненавистным русскому обществу, которое утратило всякое равновесие. Он стал символом их ненависти.
И на эту удочку словили всех: и мудрых, и глупых, и бедных, и богатых. Но громче всех кричала аристократия и Великие Князья, и рубили сук, на котором сами сидели. Россия, как и Франция XVIII столетия, прошла через период полного сумасшествия, и только теперь через страдания и слёзы начинает поправляться от своего тяжелого заболевания.
…Но чем скорее каждый пороется в своей совести и сознает свою вину перед Богом, Царём и Россией, тем скорее Господь прострёт Свою крепкую руку и избавит нас от тяжких испытаний.
Её Величество доверяла Распутину, но два раза она посылала меня с другими к нему на родину, чтобы посмотреть, как он живет у себя в селе Покровском. Встретила нас его жена – симпатичная пожилая женщина, трое детей, две немолодые девушки-работницы и дедушка рыбак. Все три ночи мы, гости, спали в довольно большой комнате наверху, на тюфяках, которые расстилали на полу. В углу было несколько больших икон, пред которыми теплились лампады. Внизу, в длинной тёмной комнате с большим столом и лавками по стенам, обедали; там была огромная икона Казанской Божией Матери, которую считали чудотворной. Вечером перед ней собиралась вся семья и «братья» (так называли четырёх других мужиков-рыбаков),все вместе пели молитвы и каноны.
Крестьяне относились к гостям Распутина с любопытством, к нему же безразлично, а священники враждебно. Был Успенский пост, молока и молочного в этот раз нигде не ели; Григорий Ефимович никогда ни мяса, ни молочного не ел.
Существует фотография, которая представляет Распутина сидящим в виде оракула среди дам-аристократок своего «гарема» и как бы подтверждает огромное влияние, которое будто бы он имел в Придворных кругах. Но я думаю, что никакая женщина, если бы даже и захотела, не могла бы им увлечься; ни я и никто, кто знал его близко, не слышал о таковой, хотя его постоянно обвиняли в разврате.
Когда после революции начала действовать следственная комиссия, не оказалось ни одной женщины в Петрограде или в России, которая выступила бы с обвинениями против него; сведения черпались из записей «охранников», которые были приставлены к нему.
Несмотря на то, что он был человек безграмотный, он знал всё Священное Писание, и его беседы отличались оригинальностью, так что, повторяю, привлекали немало людей образованных и начитанных, каковыми были, бесспорно, епископы Феофан и Гермоген, Великая Княгиня Милица Николаевна и др.
Помня, как-то в церкви подошёл к нему почтовый чиновник и просил помолиться о больной.«Ты меня не проси, – ответил он, а молись св. Ксении». Чиновник в испуге и удивлении вскрикнул: «Как вы могли знать, что жену мою зовут Ксенией?».Подобных случаев я могла бы привести сотни, но их, пожалуй, так или иначе можно объяснить, но гораздо удивительнее то, что все, что он говорил о будущем,сбывалось…
Одним из врагов Распутина, Илиодором, было затеяно два покушения на него. Первое ему удалось, когда некая женщина Гусева ранила его ножом в живот в Покровском. Это было в 1914 году, за несколько недель до начала войны.
Второе покушение было устроено министром Хвостовым с этим же Илиодором, но последний послал свою жену в Петроград со всеми документами и выдал заговор. Все эти личности вроде Хвостова смотрели на Распутина как на орудие к осуществлению их заветных желаний,воображая через него получить те или иные милости. В случае неудачи они становились его врагами.
Так было с Великими Князьями,епископами Гермогеном, Феофаном и другими. Монах Илиодор, который в конце всех своих приключений снял рясу, женился и жил за границей, написал одну из самых грязных книг о Царской Семье. Прежде чем издать её, он написал Государыне письменное предложение – купить эту книгу за 60 000 рублей, грозя в противном случае издать её в Америке. Государыня возмутилась эти предложением, заявив,что пусть Илиодор пишет, что он хочет и на бумаге написала: «Отклонить».
Судебное расследование Чрезвычайной Следственной Комиссии Временного Правительства доказало, что политикой он не занимался. У Их Величеств разговоры с ним были всегда на отвлечённые темы и о здоровье Наследника.
Вспоминаю только один случай,когда действительно Григорий Ефимович оказал влияние на внешнюю политику.
Это было в 1912 году, когда Великий Князь Николай Николаевич и его супруга старались склонить Государя принять участие в Балканской войне. Распутин чуть ли на коленях перед Государём умолял его этого не делать, говоря, что враги России только и ждут того, чтобы Россия ввязалась в эту войну, и что Россию постигнет неминуемое несчастье.
Последний раз Государь видел Распутина у меня в доме, в Царском Селе, куда по приказанию Их Величеств я вызвала его. Это было приблизительно за месяц до его убийства.Здесь я убедилась лишний раз, каким пустым вымыслом был пресловутый разговор о желании сепаратного мира, о котором клеветники распространяли молву, указывая,что это желание то Государыни, то Распутина.
Государь приехал озабоченный и,сев, сказал: «Ну, Григорий, помолись хорошенько; мне кажется, что сама природа идёт против нас сейчас». Григорий Ефимович одобрил Его, сказав, что главное не надо заключать мира, так как та страна победит, которая покажет более стойкости и терпения.
Затем Григорий Ефимович указал,что надо думать о том, как бы обеспечить всех сирот и инвалидов после войны,чтобы «никто не остался обиженным: ведь каждый отдал Тебе всё, что имел самого дорогого».
Когда Их Величества встали, чтобы проститься с ним, Государь сказал, как всегда: «Григорий, перекрести нас всех».«Сегодня ты благослови меня», – ответил Григорий Ефимович, что Государь и сделал.
Чувствовал ли Распутин, что он видит Их в последний раз, не знаю; утверждать, что он предчувствовал события,не могу, хотя то, что он говорил, сбылось. Я лично описываю только то, что слышала и каким видела его.
Со своей смертью Распутин связывал большие бедствия для Их Величеств. Последние месяцы он ожидал, что его скоро убьют.
Свидетельствую страданиями, которые я переживала, что я лично за все годы ничего непристойного не видела и не слышала о нём, а, наоборот, многое из сказанного во время этих бесед помогло мне нести крест поругания и клеветы, Господом на меня возложенный.
Распутина считали и считают злодеем без доказательств его злодеяний. Его убили без суда, несмотря на то,что самым большим преступникам во всех государствах полагается арест и суд, а уже после казнь.
Владимир Михайлович Руднев, производивший следствие при Временном Правительстве, был один из немногих, который старался распутать дело о «тёмных силах» и выставить Распутина в настоящем свете, но и ему было трудно: Распутин был убит, а русское общество было психически расстроено, так что мало кто судил здраво и хладнокровно. Руднев единственный имел гражданское мужество ради истины встать на точку зрения здравомыслящего человека, не заразившись стадным мнением русского общества в 1917 году.
Материал составлен Людмилой Хухтиниеми по воспоминаниям Анны Александровны Танеевой (монахини Марии)
«Анна Вырубова – фрейлина Государыни». Под редакцией Ирмели Вихерюури.Отава. 1987 Хельсинки. Перевод с финского языка Л.Хухтиниеми.
А.А. Вырубова. Страницы моей жизни. Благо. Москва. 2000.
Издательство выражает благодарность Йельскому университету за предоставленные фотографии.
Фотография на фронтисписе – Анна Вырубова, 1909–1910
© ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», издание, 2016
Предисловие к первому изданию
Истекает шестой год от начала русской смуты. Многое за это страшное время пережито, и многое из того, что было тайным, становится явным.
Сквозь туман взаимных обвинений, раздражения и злобы, вольной и невольной неправды пробивается на свет божий истина. Раскрываются двери архивов, становятся доступными тайны отношений, всплывают воспоминания, у людей начинает говорить совесть.
И по мере того как одна за другою ниспадают с прошлого завесы, рушатся с ними и те злые вымыслы и сказки, на которых выросла в злобе зачатая русская революция. Как будто встав от тяжелого сна, русские люди протирают глаза и начинают понимать, что они потеряли.
И все выше и выше поднимается над притихшей толпой чистый образ царственных страдальцев. Их кровь, их страдания и смерть тяжким укором ложатся на совесть всех нас, не сумевших их оберечь и защитить, а с ними защитить и Россию.
Покорные воле Предвечного, с евангельской кротостью несли они поругание, храня в душах непоколебимую верность России, любовь к народу и веру в его возрождение. Они давно простили всех тех, кто клеветал на них и предал их, но мы не имеем права этого делать. Мы обязаны всех призвать к ответу и всех виновных пригвоздить к столбу позора. Ибо нельзя извлечь из прошлого благотворных уроков для грядущих поколений, пока это прошлое не исчерпано до дна…
Говорить о значении воспоминаний Анны Александровны Вырубовой, урожденной Танеевой, не приходится: оно само собою очевидно. Из всех посторонних лиц А. А. Танеева в течение последних двенадцати лет стояла к царской семье ближе всех и лучше многих ее знала. Танеева была все это время как бы посредницей между императрицей Александрой Федоровной и внешним миром. Она знала почти все, что знала императрица: и людей, и дела, и мысли. Она пережила с царской семьей и счастливые дни величия, и первые, наиболее горькие минуты унижения. Она не прерывала сношений с нею почти до самого конца, находя способы поддерживать переписку в невероятно трудных для того условиях. За свою близость к царской семье она подверглась тяжким гонениям и со стороны Временного правительства, и со стороны большевиков. Не щадила ее и клевета. Имя Вырубовой до сих пор в глазах известной части русского общества остается воплощением чего-то предосудительного, каких-то интриг и бесконечных тайн двора.
Мы не предполагаем ни оправдывать, ни порочить А. А. Танееву и не берем на себя ответственности за объективность изложенных ею фактов и впечатлений. Напомним, однако, что действия ее были предметом самого тщательного расследования, производившегося людьми, глубоко против нее предубежденными. Расследование это направлялось Временным правительством, для которого обнаружение в среде, близкой к царской семье, преступления или хотя бы того, что принято называть скандалом, было жизненной потребностью, так как в предполагаемой «преступности» старого режима было все оправдание смуты. И вот это разгадывание, вывернув наизнанку самые интимные подробности жизни и подвергнув женщину страшной нравственной пытке, не говоря о физических страданиях, ничего за ней не открыло и кончило тем, что признало ее ни в чем не виновной. Мало того, В. М. Руднев – следователь, производивший расследование «безответственных» влияний при дворе, проводником коих почиталась Танеева, – дал ей в своих воспоминаниях характеристику, совершенно обратную той, какую рисовала досужая молва. Он определяет ее как женщину глубоко религиозную, полную доброты и «чисто христианского всепрощения», «самую чистую и искреннюю поклонницу Распутина, которого до последних дней его жизни она считала святым человеком, бессребреником и чудотворцем». «Все ее объяснения на допросах, – говорит следователь, – при проверке их на основании подлинных документов всегда находили себе полное подтверждение и дышали правдой и искренностью».
Не касаясь этой оценки по существу, нельзя не отметить, что факты, следователем установленные, сняли с А. А. Танеевой по крайней мере те обвинения нравственного порядка, которые возводила на нее молва.
Не все, быть может, найдут в воспоминаниях А. А. Танеевой то, чего от них ожидают. И действительно, во многом эти воспоминания слишком сжаты, порой – излишне подробны. Возможно, в них есть кое-что недосказанное, вернее, неточно воспринятое и расцененное автором, например, степень влияния Распутина на образ мыслей императрицы Александры Федоровны, доверявшей, к прискорбию, его прозорливости и пониманию людей. Нет в них достаточно подробных сведений и о содержании бесед с ним, и о тех советах, которые он иногда подавал по практическим вопросам жизни, и это тем более жаль, что его советы, если судить по письмам императрицы, имели вовсе не тот характер, который им приписывали. Нет подробностей и о многих лицах, которые через А. А. Танееву пытались проникнуть в круг внимания императрицы и заручиться ее поддержкой. И вообще роль этого окружения кажется в воспоминаниях недостаточно выясненной.
Не следует, впрочем, забывать, что воспоминания – это не исследование, и к ним нельзя предъявлять требований полноты впечатления, да и действительная жизнь всегда проще фантазии. Дело критики – указать пробелы, если они есть, и ожидать, что автор не преминет восполнить их тем, что у него в памяти сохранилось. Искренность воспоминаний А. А. Танеевой тому порукой.
Однако и самый строгий критик должен будет признать, что воспоминания эти являются документом большого исторического значения и знакомство с ними обязательно для каждого, кто хочет дать себе ясный отчет в событиях, предшествовавших смуте.
Впервые из источника, осведомленность которого стоит вне всяких сомнений, мы узнаем о настроениях, господствовавших в среде царской семьи, и получаем ключ к пониманию взглядов императрицы Александры Федоровны, нашедших себе выражение в ее переписке с государем. Впервые мы получаем точные сведения об отношениях государя и его семьи ко многим событиям политической и общественной жизни и о внутренних их переживаниях в трудные минуты объявления войны, принятия государем верховного командования и в первые недели революции.
Воспоминания А. А. Танеевой наводят на мысль, что одной из главных, если не главной, причиной неприязни к императрице Александре Федоровне, неприязни, которая возникла в известных слоях общества, а оттуда, приукрашенная молвой и сплетней, перешла в массы, был чисто внешний факт – замкнутость ее жизни, обусловленная прежде всего болезнью наследника и вызывавшая ревность со стороны тех, кто считал себя вправе стоять близко к царской семье. Мы видим, как росло это настроение, вызывая все больший и больший уход в себя императрицы, искавшей успокоения в религиозном подъеме. Она стремилась хотя бы в формах простой народной веры найти разрешение мучительным противоречиям жизни. Мы видим также, какое чистое, любящее и преданное России сердце билось в той, которую считали надменной, холодной и даже чуждой России царицей. И если это впечатление так упорно держалось, то, спрашивается, не лежит ли вина прежде всего на тех, кто не сумел или не захотел ближе и проще подойти к ней, понять и охранить от клеветы и сплетни ее тоскующую душу?!
Мы видим из воспоминаний А. А. Танеевой ярче, чем из всех других источников, весь ужас измены, окружившей царский дом, видим, как в минуту беды отпадали от государя и его семьи один за другим все те, кто, казалось, обязан был первым сложить голову за их защиту: тщетно ожидали императрица и великие княжны того флигель-адъютанта, которого считали ближайшим своим другом; отказался прибыть в Царское Село по зову государя его духовник; приближенные и слуги, за исключением нескольких верных, поспешили покинуть их при первых же признаках развала; и много другого тяжелого и позорного узнаем мы из этих воспоминаний.
