Разоблаченные предатели после войны. Главные советские предатели Великой Отечественной войны

«Религия является злейшим врагом советского патриотизма... История не подтверждает заслуг церкви в деле развития подлинного патриотизма».
Журнал «Безбожник» июнь 1941г.

К началу II мировой войны в 25 областях РСФСР не было ни одного действующего православного храма, а в 20 областях функционировало не более чем по 5 церквей. На Украине ни одной действующей церкви не было в Винницкой, Донецкой, Кировоградской, Николаевской, Сумской, Хмельницкой областях; по одной действовало в Луганской, Полтавской и Харьковской.26 Согласно данным НКВД, к 1941 году в стране действовало 3021 православный храм из них почти 3000 находились на отошедших к СССР в 1939-1940 годах территориях Литвы, Латвии, Эстонии, Бессарабии, Северной Буковины, Польши и Финляндии

Численность Союза воинствующих безбожников в 1932 году достигла 5 млн. человек. Планировалось к 1938 году количество его членов довести до 22 млн. человек.28 Тираж антирелигиозных изданий достиг к началу войны 140 млн. экземпляров.

С датой германского нападения на СССР связано немало мифов, получивших особенно широкое распространение в церковной среде. Согласно одному из наиболее известных, дата 22 июня была якобы выбрана Гитлером в соответствии с астрологическими прогнозами. От этой легенды отталкиваются и те, кто не прочь представить события июня 1941-го как поход «языческой Германии» на «православную Русь».. Однако германский Генштаб при выборе дня и времени удара по СССР руководствовался соображениями иного плана...

Обычно ночь с субботы на воскресенье была самой «недисциплинированной» в РККА. В воинских частях устраивались бани, за которыми следовали обильные возлияния; командный состав в воскресную ночь, как правило, отсутствовал находясь со своими семьями; для рядового же состава эта ночь всегда была самой подходящей для «самоволок». Именно этим, вполне земным расчетом (а вовсе не «шепотом звезд») и руководствовалось гитлеровское командование при выборе нескольких дат нападения на СССР. События первого дня войны блестяще показали справедливость такого расчета.

Получив известие о начале войны, блюститель патриаршего престола митр. Сергий (Страгородский) как говорят современные церковные историки выпустил своё
«Послание пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви». Факт его появления
22.6.1941 г. до сих пор оспаривается

В послании говорилось: «Фашиствующие разбойники напали на нашу Родину... Жалкие потомки врагов православного христианства хотят еще раз попытаться поставить народ наш на колени перед неправдой... Но не первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божией помощью и на сей раз он развеет в прах фашистскую вражескую силу... Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей Родины.».37 Содержался в послании и скрытый упрек властям, утверждавших, что войны не будет. У митр. Сергия это место выражено так: «...мы, жители России, надеялись, что пожар войны, охвативший почти весь земной шар, до нас не дойдет...»...38 Любопытно, что задолго до соответствующего обращения Кремля митр. Сергий уже назвал «лукавые соображения» о «возможных выгодах» по другую сторону фронта ничем иным как прямой изменой Родине».39 Однако действенность такой риторики неумолимо превращалась в прах по мере стремительного продвижения германских армий на восток...
В истории войн невозможно найти аналог столь изначально лояльного отношения к агрессору, которое демонстрировало население оккупированных немцами областей СССР. И тот факт, что так много россиян заранее было готово перейти к немцам, выглядит для многих невероятным. Но именно так и было. Примеры изначально враждебного отношения к изгнанию большевиков были скорее исключением, нежели общим правилом. Немецким кинематографистам не было нужды прибегать к искусственным декорациям, для того чтобы запечатлеть на пленку примеры встреч советским населением германских войск хлебом-солью и забрасывания немецких танков цветами. Эти кадры являются ярчайшим свидетельством, столь ненормального восприятия чужеземного вторжения...

Стоит ли удивляться, что с не меньшим воодушевлением восприняла нападение Германии на СССР и русская эмиграция. Для многих русских изгнанников появилась реальная надежда скорого «освобождения» Родины. Причем такие надежды встречались независимо от церковной юрисдикции (а не только в РПЦЗ - как это пыталась представить советская историография). Вторжение Германии в СССР приветствовал парижский иерарх РПЦЗ митр. Серафим (Лукьянов), впоследствии перешедший в Московскую Патриархию. В своем обращении по случаю германского нападения, он заявил: «Да благословит Всевышний великого Вождя Германского народа, поднявшего меч на врагов самого Бога... Да исчезнут с лица земли масонская звезда, серп и молот».45 С неменьшей радостью воспринял 22 июня 1941 года и принадлежавший тогда к «евлогианской» юрисдикции архимандрит Иоанн (Шаховской, будущий архиеп. Сан-Францисский): «Кровавая операция свержения Третьего Интернационала поручается искусному, опытному в науке своей германскому хирургу».46 И даже клирик Московской Патриархии о. Георгий Бенигсен вспоминает о начале войны в Риге: «На всех лицах затаенная радость...».47
. В. Цыпин: «Во всех городах и во многих селах, оставленных советской администрацией, объявлялись священники, либо находившиеся там на положении ссыльных, либо скрывавшиеся в подполье, либо зарабатывавшие на жизнь каким-нибудь ремеслом или службой. Эти священники получали у оккупационных комендантов разрешение на совершение богослужений в закрытых,».41 Другой очевидец (псаломщик Николо-Конецкого прихода Гдовского района Псковской области С. Д. Плескач) отмечал следующее: «Русский человек совершенно изменился, как только появились немцы. Разрушенные храмы воздвигались, церковную утварь делали, облачения доставляли оттуда, где сохранились, и много строили и ремонтировали храмы. Всюду красилось... Когда все было готово, тогда приглашали священника и освящался храм. В это время были такие радостные события, что я не умею описать».42 Такие чувства были характерны для населения самых различных районов оккупированной территории. Журналист В. Д. Самарин так описывает немецкую оккупацию в Орле: «Проснулось, всплыло на поверхность души спрятанное глубоко при большевиках религиозное чувство. Молящиеся переполнили церкви, по деревням носили чудотворные образа. Молились так, как давно не молились.»

Адольф Гитлер и православная эмиграция

«...если правительство германского Рейха пожелает
привлечь русские православные церкви к сотрудничеству
в борьбе с коммунистическим безбожным движением...,
то правительство Рейха найдет с нашей стороны
полное согласие и поддержку».
митр. Евлогий (Георгиевский), октябрь 1937 г.

Примечательно, что первые контакты русской эмиграции с Гитлером относятся к началу 20-х годов.4 Посредником в этих контактах был Альфред Розенберг. Родившийся в Российской империи, учившийся в Киевском университете и служивший в русской армии во время I мировой войны, Розенберг по-русски говорил лучше, чем по-немецки. В окружении Гитлера он сыскал славу лучшего специалиста по России и «русской душе», и именно ему была доверена разработка расовой теории в нацистской идеологии. Возможно, что именно он убедил Гитлера в целесообразности дружеских отношений с Русской Православной Церковью на территории Германии. Так, в 1938 году нацисты построили в Берлине православный кафедральный собор Воскресения Христова на Курфюрстендамм и финансировали из имперской казны капитальный ремонт 19 православных храмов.
Кроме того, по указу Гитлера от 25.2.1938, русские приходы подчинявшиеся митрополиту Евлогию (Георгиевскому), были переданы под юрисдикцию Германской епархии Русской Православной Церкви Заграницей (далее - РПЦз).5 Цитируемый здесь проф. Поспеловский склонен несколько драматизировать это событие, выставляя его одним из краеугольных камней церковно-эмигрантского раскола. Необходимо все же учитывать, что конфронтация между карловацким Синодом и митр. Евлогием началась задолго до прихода Гитлера к власти и носила все-таки церковно-административный, а не богословский и не политический характер. Справедливым будет так же отметить, что только 6% русских эмигрантских приходов находились под юрисдикцией митр. Евлогия, а остальные 94% подчинялись Зарубежному Синоду.6 Даже исходя только из элементарной арифметической логики, вряд ли будет справедливым говорить о «раскольничьих устремлениях карловчан».

Вероятно, подобной же логикой руководствовался и Гитлер, пожелавший «централизовать» православные приходы на территории Рейха, а потому подчинивший евлогианское «меньшинство» синодальному «большинству» (было бы странно, если бы он сделал наоборот. В истории с евлогианскими приходами Гитлер был движим идеей централизовать, все для облегчения контроля над религиозными организациями.7 Для достижения этой цели он создал Рейхсминистерство религиозных культов, предоставил Германской епархии РПЦ государственный статус «корпорации публичного права» (каковой имели только лютеране и католики) и передал под юрисдикцию Германской епархии 13 евлогианских приходов.
Что касается строительства нацистами православного собора и капитального ремонта 19 храмов, то с этим благодеянием связано и благодарственное письмо Гитлеру за подписью тогдашнего первоиерарха РПЦЗ митрополита Анастасия (Грибановского).
Гитлер выступил как «строитель и попечитель» храмов, и выражение благодарности предстоятелем Церкви за такое благодеяние - явление вполне нормальное и естественное, для предателей. Нельзя не учитывать и того факта, что в предвоенном 1938-м Гитлер олицетворялся с человеком, честно победившим на выборах и возглавившим правительство, признанное всеми странами мира.
Как уже отмечалось выше, Гитлер воспринимался русской эмиграцией как противовес безбожному большевизму. Еще в 1921 году Высший монархический совет вел переговоры с Гитлером о возможной помощи в случае его прихода к власти в подготовке духовенства для освобожденной от большевиков России.9 В отличие от лидеров западных демократий, Гитлер не позволял себе выражения «русский коммунизм», предпочитая этому другой термин - «иудо-большевизм». Такая терминология русскую эмиграцию вполне устраивала и не резала ухо. Русофобские места в «Mein Kampf» были мало кому известны, и неудивительно, что даже самые отъявленные русофилы вроде И. А. Ильина призывали русскую эмиграцию «не смотреть на национал-социализм еврейскими глазами».
Вполне справедливо будет предположить, что проправославные жесты Гитлера носили дипломатическо-пропагандистский характер. Такими жестами можно было снискать себе симпатии в странах потенциальных союзников, в странах с преимущественно православным вероисповеданием (Румыния, Болгария, Греция). 1 сентября 1939 года германский Вермахт взломал польскую границу. II мировая война началась...
Несмотря на то, что Гитлер выступил как откровенный агрессор, его нападение на Польшу серьезно не отразилось на восприятии его русской эмиграцией. Это обстоятельство позволило нацистам после оккупации Польши сделать еще один проправославный жест. Началось повальное возвращение православным, отобранных у них приходов. Как писал журнал «Церковная жизнь», «...православное население встречает доброжелательное отношение со стороны немецких властей, которые по первой просьбе населения возвращают ему отобранное поляками церковное имущество».13 Помимо этого, при поддержке германских властей в Вроцлаве был открыт православный богословский институт.

Церковная политика нацистов в оккупированных областях СССР

«Православие – красочный этнографический ритуал»
(рейхсминистр Розенберг).

Занятые немцами районы (едва ли не половина европейской части СССР) подверглись территориальному делению на рейхскомиссариаты, состоявшие из округов, областей, районов, уездов и волостей. Прифронтовая территория находилась под управлением Вермахта. Северная Буковина, Молдавия, Бессарабия и Одесская область были переданы Румынии. Галицию присоединили к Польскому генерал-губернаторству. Остальная территория составила рейхскомиссариат «Украина» (с центром в Ровно). Центральная часть Белоруссии образовала генеральный комиссариат Белоруссии. Северо-запад Брестской и Гродненская области отошли к Восточной Пруссии (здесь действовали общегерманские законы). Большая часть Брестской, а также Пинская и Полесская области отошли к рейхскомиссариату «Украина», а северо-запад Виленской области - к генеральному округу Литвы. Сам же генеральный округ Белоруссии входил в состав рейхскомиссариата «Остланд».51
Национальный вопрос, по мнению нацистского идеолога Розенберга, заключался в том, «чтобы разумно и целеустремленно поддержать стремление к свободе всех этих народов… выделить из огромной территории Советского Союза государственные образования (республики) и организовать их против Москвы, чтобы освободить Германский Рейх на грядущие столетия от восточного кошмара».52
Что касается религиозной политики немцев на оккупированных землях, то она вряд ли может быть охарактеризована однозначно. Здесь господствовало несколько взаимоисключающих подходов, однако наиболее распространенными были два...
Позицию рейхсминистра Восточных земель Альфреда Розенберга можно сформулировать примерно так: «Уклад жизни русского народа веками формировался под влиянием Православия. Большевицкая клика лишила русский народ этого стержня и превратила его в ни во что неверующее, неуправляемое стадо. Столетиями русским вдалбливали с амвонов, что «всякая власть от Бога». Царская власть, не сумев обеспечить своим подданным достойный уровень жизни, смогла с помощью Церкви сформировать в народе сознание, что лишения, страдания и притеснения идут на пользу душе. Подобная проповедь обеспечивала правителям раболепскую покорность народа. Этот момент совершенно не учли большевики, и с нашей стороны было бы глупо повторять их ошибку. Поэтому, в наших же интересах реанимировать эти православные постулаты в умах народа, если мы хотим держать его в узде. Гораздо лучше, если в Восточных землях будут созданы автономные и неподотчетные друг другу церковные структуры, дабы исключить возможность возникновения единой мощной церковной организации».
Такова была позиция Розенберга, которая определяла отношение нацистов к РПЦ и которой руководствовались в той или иной степени нацистские чиновники. Основные ее положения были изложены в письме Розенберга к рейхскомиссарам Остланда и Украины от 13.5.1942 г. Их можно сформулировать так: Религиозные группы не должны заниматься политикой. Они должны быть разделены по признакам национальным и территориальным. Национальный признак должен особенно строго соблюдаться при подборе возглавления религиозных групп. Территориально же религиозные объединения не должны выходить за границы одной епархии. Религиозные общества не должны мешать деятельности оккупационных властей.53
Церковную политику Вермахта можно охарактеризовать как отсутствие какой-либо политики по отношению к Церкви. Собственный кодекс поведения, верность старым традициям способствовали распространению в среде немецких военных устойчивой антипатии к проявлениям нацистского фанатизма и расовой шизофрении. Только этим и можно объяснить тот факт, что фронтовые генералы и офицеры закрывали глаза на директивы и инструкции из Берлина, если те строились на теории об «унтерменшах». Сохранилось немало свидетельств и документов не только о радушном приеме российским населением немецкой армии, но и о «ненацистском» отношении германских солдат к населению занятых ими областей СССР. В частности, сохранились документы о приказах немецким солдатам помнить, что они находятся не на оккупированных территориях, а на земле союзника.54 Довольно часто солдаты и офицеры Вермахта демонстрировали искреннее дружелюбие и симпатии к народу, страдавшему в течение двух десятилетий под властью большевиков. В церковном вопросе такое отношение выливалось во всестороннюю поддержку восстановления церковной жизни.
Военные не только охотно поддерживали инициативы местного населения по открытию приходов, но и оказывали различную помощь в виде денежных средств и стройматериалов для восстановления разрушенных храмов. Сохранилось немало свидетельств и того, что немецкие военные сами проявляли инициативу по открытию церквей на подконтрольных им территориях и даже приказывали это делать.55 Так, например, в сохранившейся в материалах Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) докладной записке З. В. Сыромятниковой «О пребывании на территории Харьковской области, оккупированной немецкими войсками с 15 по 22 декабря 1941 г.» отмечалось: «Немецкое командование особое внимание обращает на работу церквей. В ряде сел, где не разрушены церкви, они уже работают... В селах, где они разрушены, дан приказ старостам немедленно подобрать помещение и открыть церкви».56
Иногда инициативность немцев принимала анекдотические формы. В том же фонде хранится и справка уполномоченного Себежской комендатуры от 8.10.1941 г.: «Дана настоящая в том, что немецкая власть, освободившая крестьянство от большевиков, ставит вопрос открыть богослужение в Ливской церкви, и поэтому уполномочиваю лично вас, Рыбакова Якова Матвеевича, за неимением священника - занять место священника и исполнять церковный обряд. Просьба: никаких отказов не может быть, в чем и выдана настоящая справка за подписью представителя немецкой власти Энгельгард»... На что Рыбаков отвечает: «Быть священником не могу, так как не получил на то от епископа благословения, кроме того, по христианскому закону двоеженцы священниками быть не могут, а я двоеженец»...57
Следует отметить, что помощь немецкой армии в восстановлении русских православных храмов всегда строилась на принципах «христианского гуманизма» . Командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Федор фон Бок сам с немецкими офицерами принимал участие в православной службе в Борисове.
Вышеприведенные характеристики и примеры довольно ярко отражают всю пестроту церковной жизни на занятых немцами территориях СССР, ибо становится вполне очевидным, что размах и характер «религиозного возрождения» во многом зависел от местных особенностей оккупационной администрации (НСДАП и СС или же Вермахт). Поэтому и положение РПЦ на занятых немцами территориях целесообразно рассматривать не по периодам войны, а по регионам и областям.

Положение Церкви в Прибалтике

«Не таких обманывали.
С НКВД справлялись, а этих колбасников обмануть нетрудно».
Митр. Виленский и Литовский Сергий (Воскресенский).

На момент прихода в страны Балтии немецкой армии экзархом Прибалтики был митр. Сергий (Воскресенский). Пост этот он занимал с января 1941 года. Перед бегством большевиков из Риги митр. Сергию было приказано эвакуироваться. Вопреки приказу, он укрылся в крипте рижского кафедрального собора.
Сергий в миру Димитрий Воскресенский, родился в Москве в 1898 г. в семье московского священника и до революции учился в семинарии, которую не успел закончить. В начале революции был послушником в Даниловом монастыре. Там же, принял монашество с именем Сергий. Исследователи, беседовавшие с людьми, знавшими лично отмечают, что в 1920-е годы это был религиозный, монах, тем не менее, любивший жизнь и светские удовольствия, любил выпить и провести время среди молодежи, за что на него неоднократно накладывались епитимии. С 1926 г. он стал сотрудником канцелярии Московской Патриархии. Вероятно, в 30-е годы епископ Сергий тесно сотрудничал с митр. Сергием (Страгородским), что и повлияло на дальнейшую карьеру молодого епископа.63

С приходом в Прибалтику немцев (Вермахт вошел в Ригу 30 июня) митр. Сергий постарался найти общий язык с новой властью. При его дипломатичности успех ему был заранее обеспечен. Он умел преподать себя в нужном свете. Вскоре он хорошо зарекомендовал себя как яростный антикоммунист. С помощью роскошных банкетов и щедрых подарков митр. Сергий обзавелся нужными знакомствами с партийными функционерами и высшими чинами СС. Комфортабельный дом митрополита и личный автопарк производили впечатление на немцев.
В отличие от других советских территорий, оказавшихся под немецкой оккупацией, в Прибалтике произошло расширение территории РПЦ и укрепление власти ее экзарха, несмотря на то, что в Эстонии и Латвии открыто проявились тенденции к автокефалии. Сразу же после ухода Советов из Прибалтики митрополиты Латвийский и Эстонский постарались восстановить утраченную независимость от Москвы. 20.7.1941 г. митр. Рижский Августин (Петерсон) сделал запрос германским властям с просьбой о восстановлении Латвийской Православной Церкви под юрисдикцией Константинополя. Аналогичную просьбу, но уже от имени Эстонской Православной Церкви, сделал митр. Таллинский Александр (Паулус). Казалось, что церковный раскол был неминуем. Но 12.9.1941 г. митр. Сергий (Воскресенский) обратился к германским властям с докладной запиской, в которой объяснял всю нежелательность для Берлина допускать, чтобы Церковь в Латвии и Эстонии подчинялась Константинопольскому патриарху, чей западноевропейский экзарх проживал в Лондоне и имел тесные связи с британским правительством. Владыка Сергий сумел доказать немцам преимущества канонического подчинения Прибалтики. Иными словами, он предложил оставить Прибалтику в подчинении РПЦ, а его, ее экзархом.
По сути, Сергий добился от Берлина разрешения. В результате раскол в Прибалтике не состоялся, а некоторым «автокефалистам» ,не без участия Сергия,пришлось даже иметь дело с гестапо. Немцам надоело терпеть амбициозные заявления сторонников автокефалии, требовавших выдворения из Латвии «большевицкого ставленника», агента ЧК экзарха митр. Сергия.64 В Латвии раскол закончился в ноябре 1941 г., когда гестапо потребовало от митр. Августина немедленного прекращения деятельности его Синода.65
Что же касается его отношений с Москвой, то немцы поначалу выступали за их разрыв. Однако митр. Сергий сумел убедить Берлин, что РПЦ никогда не примирялась с советской властью, подчинившись ей только внешне. Доказывал немцам экзарх и то, что их вмешательство в управление Церковью (как, например, разрыв канонических связей с Москвой) может быть использовано Советами для антигерманской пропаганды.
Все эти переговоры привели к тому, что, когда в 1942 году митр. Эстонский Александр порвал с Сергием, в то время как другой эстонский епископ (Павел Нарвский) остался ему верен, немцы постановили, что митрополиты Александр и Августин должны именоваться соответственно митрополитами Ревельским и Рижским, а не Эстонским и Латвийским, т.к. митрополитом всех трех прибалтийских государств является Сергий (Воскресенский).66 В инструкциях, разосланных фашистскими чиновникам, указывалось, что, хотя приходы в Эстонии могут входить как в Эстонскую епархию митр. Александра, так и в русскую епархию еп. Павла, германское командование предпочитает, чтобы как можно больше приходов вошло в русскую епархию. Следует отметить, что большинство приходов в Прибалтике осталось в подчинении митр. Сергию. Отчасти это объясняется тем, что паства не хотела рвать отношений с Русской Церковью, а отчасти тем, что все видели, на чьей стороне немцы.
Окончательно немецкая политика по отношению к РПЦ в Прибалтике была сформулирована на совещании в Рейхсминистерстве Восточных земель 20.6.1942 г. Суть итога совещания сводилась примерно к следующему:
1. Оккупационные власти считают для себя выгодным объединение всех православных вокруг московского экзарха с целью выселения их после войны в Рейхскомиссариат «Москва».
2. Для германского руководства не столь важно, кому номинально подчиняется экзарх в Прибалтике - Москве или Константинополю, тем более, что пребывание экзарха Константинопольского Патриарха в Лондоне действительно не может быть приятным.
3. Такая политика дает возможность оккупационным властям подчеркивать свою веротерпимость и использовать полностью антикоммунистические выступления экзарха Сергия в пропагандных целях.67
Можно лишь догадываться о том давлении, которое испытал на себе в Москве митр. Сергий (Страгородский) со стороны советских властей, требующих от него осуждения своего прибалтийского экзарха. В конце концов, большевики своего добились, и 22.9.1942 г. митр. Сергий (Страгородский) обратился с посланием, в котором говорилось: «...Народ ради блага родины не считает своих жертв и кровь проливает и самую жизнь отдает... А вот в Риге в начале августа объявились православные наши архиереи... во главе с присланным из Москвы Сергием Воскресенским, которые «не пожелали страдать с народом Божиим», а предпочли «имети временную греха сладость» (Евр. 11,25), пожить благополучно, питаясь от крупиц с фашистского стола... Волосы встают дыбом при чтении об истязании фашистами женщин, детей и раненых. А митрополит Сергий Воскресенский со своими «сподвижниками»-архиереями телеграфируют Гитлеру, что они «восхищаются ведущейся (Гитлером) героической борьбой» (с беззащитными?!) и «молят Всевышнего, да благословит Он (фашистское) оружие скорой и полной победой...».68 Это послание и не вызвало у экзарха Прибалтики обиды, а когда архиерейский Собор 1943 года отлучил от Церкви всех клириков, проявивших себя коллаборационистами и среди них был назван и митр. Сергий (Воскресенский), последний напечатал в прибалтийских газетах статью под названием «Сталин не Савл, он не станет Павлом», в которой высмеял иллюзорность надежд на мир коммунистов с Церковью,69 но с Москвой все-таки не порвал. Примечательно, что этого разрыва требовали от него и немцы, когда митр. Сергий (Страгородский) стал Патриархом, но владыка Сергий убедил их в нелогичности такого требования, объяснив, что большевики смогут использовать возникший церковный раскол в антигерманской пропаганде - играя на вмешательстве оккупационных властей во внутрицерковные дела.
По сути, единственное, чего не удалось митр. Сергию добиться от Берлина, это - разрешение на каноническое подчинение себе Белоруссии. У Розенберга на это счет были свои соображения.
Но несмотря на «неудачу» митр. Сергия с Белоруссией, не будет ошибкой назвать его самым активным иерархом Русской Церкви сотрудничавшим с нацистами на оккупированной территории СССР. «Помимо отстройки церковной организации и отстаивания интересов Церкви на территории своего экзархата, митр. Сергий приложил немало усилий для духовного окормления православной паствы в захваченных гитлеровцами северо-западных районах СССР. Чего стоит только одна Псковская Миссия (о чем будет рассказано в соответствующей главе). Вся эта деятельность не могла вызвать одобрения у советской власти
Люди, смеющие это делать, совершенно справедливо заносились ею в разряд врагов народа и пособников гитлеровцев. Карающим мечом советского правосудия, по замыслу Сталина, должны были здесь служить партизанские отряды, действующие на оккупированной территории. Именно к ним был обращен призыв советского вождя «создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу...».70 Митр. Сергий (Воскресенский) был одним из этих пособников. Согласно воспоминаниям людей, близко его знавших, он всерьез опасался за свою безопасность...
28.4.1944 года по дороге из Вильнюса в Каунас экзарх Сергий и сопровождавшие его лица были ликвидированы неизвестными. По показаниям местных жителей, нападавшие были одеты в немецкую военную форму. Немцы заявили, что убийство митрополита было организовано советскими партизанами. Советская пропаганда приписала это убийство нацистам.
Рижский священник о. Николай Трубецкой, отсидевший 10 лет за участие в Псковской Миссии, утверждает, что встретил в лагере человека, якобы бывшего советского партизана, который сообщил ему, что он участвовал в убийстве митрополита, совершенном по приказу советской разведки.71
О сомнительности версии об убийстве митр. Сергия немцами говорит и тот факт, что никто из современных церковных историков не смог связно аргументировать логику, по которой немцам было бы выгодно избавиться от митр. Сергия.

Положение Церкви в Белоруссии

Белоруссия была регионом, одним из первых оказавшимся под оккупацией, вследствие стремительного продвижения Вермахта на Восток, и в то же время она была для немцев наглядным примером результатов советского правления. Как писал историк Белорусской Церкви еп. Афанасий (Мартос), «немецкие войска застали церковно-религиозную жизнь в Восточной Белоруссии в разрушенном состоянии. Епископов и священников не было, церкви были закрыты, переделаны в склады, театры, а многие разрушены. Монастырей не существовало, монахи разбрелись.»
Белоруссия вместе с Прибалтикой входила в один рейхскомиссариат (Остланд), В силу того, что экзарх западных областей Украины и Белоруссии митр. Николай (Ярушевич) не предал родину и предпочел остаться на советской территории, Белоруссия и Украина оказались без правящего архиерея.
Буквально с самого начала оккупации в церковной жизни Белоруссии проявилось противостояние между сторонниками подчинения Москве и теми, кто предпочитал автокефалию. Поощряя белорусский национализм, фашисты стремились создать национальную автокефальную Церковь, опираясь здесь на белорусских националистов, приехавших сюда из Чехии и Польши.
Сущность нацистской религиозной политики в Белоруссии сводилась к семи пунктам:
1. Организовать православную Церковь самостоятельно, без всяких сношений с Москвой, или Варшавой, или Берлином.
2. Церковь должна носить название «Белорусская автокефальная православная национальная Церковь».
3. Церковь управляется своими св. канонами, и немецкая власть не вмешивается в ее внутреннюю жизнь.
4. Проповедь, преподавание Закона Божия, Церковное управление должны производиться на белорусском языке.
5. Назначение епископов должно производиться с ведома немецкой власти.
6. Должен быть представлен немецкой власти статут «Белорусской Православной автокефальной национальной Церкви».
7. Богослужения должны совершаться на церковнославянском языке.74
в марте 1942 г. собор белорусских епископов избрал архиепископа Пантелеймона (Рожновского), К моменту проведения собора Белорусская Церковь включала в себя уже 6 епархий:
1. Минская - во главе с митр. Пантелеймоном (Рожновским).
2. Гродненско-Белостокская (находившаяся за пределами рейхскомиссариата «Остланд» и поэтому получившая статус экзархата) - во главе с архиеп. Венедиктом (Бобковским), получившим права экзарха Восточной Пруссии.
3. Могилевская - с еп. Филофеем (Нарко).
4. Витебская - с еп. Афанасием (Мартосом).
5. Смоленско-Брянская - с еп. Стефаном (Севбо).
6. Барановичско-Новгородская.75

Отказ от провозглашения автокефалии Белорусской Церкви не мог понравиться белорусским националистам. Именно поэтому они приложили все усилия для отстранения митр. Пантелеймона от управления Церковью - усилия, в конечном итоге увенчавшиеся успехом. По настоянию националистов, фашисты передали управление Церковью его ближайшему помощнику, архиеп. Филофею (Нарко). Филофей писал и в своем письме рейхскомиссару «Остланда» Х. Лозе от 30.7.1942 г.: «Это очень важное и ответственное положение, требующее точности и правильности церковного канона священной всеобщей Православной Церкви...» 77
В конечном итоге, 30.8.1942 г. в Минске состоялся т.н. «Всебелорусский Православный Церковный Собор». Инициаторами его созыва выступили сторонники автокефалии Результатом четырех дней работы собора стала выработка статута Белорусской Церкви и утверждение мероприятий по достижению автокефалии. Гитлеру была послана телеграмма: «Первый Всебелорусский Церковный Собор в Минске от имени православных белоруссов шлет Вам, господин рейхсканцлер, сердечную благодарность за освобождение Белоруссии от московско-большевицкого безбожного ига, за предоставленную возможность свободно организовать нашу религиозную жизнь в форме Святой Белорусской Православной автокефальной церкви и желает быстрейшей полной победы Вашему непобедимому оружию». 79 Послания главам других Церквей были переданы нацистам лишь спустя год.
В мае 1944 г. собор белорусских епископов издал резолюцию, называющую большевизм «сатанинским отродьем» и «сыном дьявола»81 ,
Когда белорусские архиереи (во главе с митр. Пантелеймоном) бежали в Германию, все они примкнули к РПЦЗ, что лишний раз подтверждает их «прорусскую позицию».
Хотя Розенберг и требовал от гауляйтера Лозе, чтобы Русская Церковь соблюдая умеренность не распространяла своего влияния на православных белоруссов, последнему выполнить такую директиву было не так-то просто. В своих рапортах, СД была вынуждена констатировать отсутствие священников-автокефалистов.82 Кроме того, в западных областях Белоруссии, где были сильны позиции католичества, немцы были склонны поддерживать православных, видя в католическом населении польскую «пятую колонну».
Одной из отличительных черт немецкой оккупации в Белоруссии была особенная распространенность бесчеловечного обращения оккупантов с гражданским населением. Массовые облавы, аресты, карательные рейды СС не могли вызвать у местных жителей нежных чувств по отношению к творцам «нового порядка».
Вероятно, этим и объясняется факт сотрудничества около десятка белорусских священнослужителей с советским подпольем и НКВД. Иногда подобным священнослужителям приходилось за это расплачиваться не только собственной жизнью, но и жизнью своих прихожан. Так, например, священник с. Хоростово Минской епархии о. Иоанн Лойко за активную партизанскую работу был сожжен СС в собственном храме вместе с 300 прихожанами. Чудом избежал подобной участи и священник Кузьма Раина, чья деятельность в качестве партизанского осведомителя была разоблачена гестапо. Подобное поведение духовенства (как, впрочем, поведение немцев) разительно отличало Белоруссию от других оккупированных немцами регионов СССР.
.
В самой же Белоруссии немецкая оккупация вызвала повсеместно «религиозный подъем». В одном лишь Минске, где к приходу немцев не было ни одной действующей церкви, спустя всего 3-4 месяца их открылось уже 7 и было крещено 22 тыс. детей. По Минской епархии было открыто 120 церквей. Оккупационные нацистские власти открыли пастырские курсы, каждые несколько месяцев выпускавшие 20-30 священников, дьяконов и псаломщиков.83 Аналогичные пастырские курсы были открыты и в Витебске. В ноябре 1942 г. в витебскую Свято-Покровскую церковь были перенесены мощи св. Евфросинии Полоцкой. В мае 1944 года мощи преподобной были перевезены в Полоцк, где действовали 4 храма и монастырь.84 В некоторых районах Белоруссии, например, в Борисовском, было восстановлено до 75% дореволюционных церквей (в самом Борисове 21 храм). Процесс «возрождения церковной жизни» продолжался вплоть до самого отступления немцев из Белоруссии. Так, в донесении командования группы армий «Центр» за январь-февраль 1944 г. говорилось, что в районе расположения 4-й армии вновь открыто 4 храма, а в Бобруйске впервые за время войны на Крещение состоялся крестный ход на р. Березину с участием 5000 человек.

Церковь на оккупированной Украине

В истории часто остаются не имена героев, а имена предателей и перебежчиков. Эти люди одной стороне наносят огромный вред, а другой - пользу. Но все равно, их презирают и те, и те. Естественно не обойтись и без запутанных случаев, когда вина человека трудно доказуема. Однако история сохранила несколько наиболее явных и классических случаев, которые не вызывают никаких сомнений. Расскажем ниже о самых известных в истории предателях.

Иуда Искариот. Имя этого человека служит уже около двух тысяч лет символом предательства. При этом не играет роли и национальностей людей. Всем известна библейская история, когда Иуда Искариот предал своего учителя Христа за тридцать сребреников, обрекая его на муки. А ведь тогда 1 раб стоил вдвое дороже! Поцелуй Иуды стал классическим образом двуличия, подлости и предательства. Этот человек являлся одним из двенадцати апостолов, которые присутствовали с Иисусом на его тайной вечери. Людей было тринадцать и после того это число стало считаться несчастливым. Появилась даже фобия, боязнь этого числа. История гласит, что Иуда появился на свет 1 апреля, тоже в довольно необычный день. Но история предателя довольно неясна и полна подводных камней. Дело в том, что Иуда являлся хранителем кассы общины Иисуса и его учеников. Там было денег гораздо больше, чем 30 сребреников. Таким образом, нуждаясь в деньгах, Иуда мог попросту украсть их, не совершая предательства своего учителя. Не так давно мир узнал о существовании "Евангелии от Иуды", где именно Искариот изображен единственным и верным учеником Христа. А предательство было совершено именно по приказу Иисуса, причем Иуда взял на себя ответственность за свое действие. Согласно легенде Искариот покончил с собой сразу же после своего деяния. Образ этого предателя многократно описывается в книгах, фильмах, легендах. Рассматриваются разные версии его измены и мотивации. Сегодня имя этого человека дают тем, кого подозревают в измене. К примеру, Ленин называл Троцкого Иудушкой еще в 1911 году. Тот же нашел в Искариоте свой "плюс" - борьбу с христианством. Троцкий даже хотел установить в нескольких городах страны памятники Иуде.

Марк Юний Брут. Всем известна легендарная фраза Юлия Цезаря: "И ты, Брут?". Этот предатель известен пусть и не так широко, как Иуда, но также относится к числу легендарных. Тем более он совершил свою измену за 77 лет до истории Искариота. Роднит этих двух предателей и то, что они оба покончили с собой. Марк Брут являлся лучшим другом Юлий Цезаря, согласно некоторым данных это вообще мог быть его внебрачный сын. Однако именно он и возглавил заговор против популярного политика, приняв непосредственное участие в его убийстве. А ведь Цезарь осыпал своего любимца почестями и титулами, наделив его властью. Но окружение Брута вынудило его участвовать в заговоре против диктатора. Марк оказался в числе нескольких заговорщиков-сенаторов, которые мечами пронзили Цезаря. Увидев в их рядах и Брута, тот с горечью и воскликнул свою знаменитую фразу, ставшей для него последней. Желая счастья для народа и власти, Брут ошибся в своих планах - Рим не поддержал его. После череды гражданских войн и поражений Марк понял, что остался без всего - без семьи, власти, друга. Предательство и убийство состоялось в 44 году до н.э., а спустя всего два года Брут бросился на свой меч.

Ванг Джингвей. У нас этот предатель не столь известен, зато у него есть дурная слава в Китае. Зачастую непонятно, как обычные и нормальные люди вдруг становятся предателями. Ванг Джингвей родился в 1883 году, когда ему исполнилось 21, он поступил в японский университет. Там состоялось его знакомство с Сун-Ят Сеном, знаменитым революционером из Китая. Тот настолько сильно повлиял на молодого человека, что тот сделался настоящим революционным фанатиком. Вместе с Сеном Джингвей стал постоянным участником антиправительственных революционных выступлений. Неудивительно, что вскоре он попал в тюрьму. Там Ванг отсидел несколько лет, выйдя нас свободу в 1911 году. Все это время Сен держал с ним связь, морально поддерживая и опекая. В итоге революционной борьбы Сен и его соратники одержали победу и пришли к власти в 1920 году. Но в 1925 году Сун-Ят умер, на посту руководителя Китая его заменил именно Джингвей. Но вскоре в страну вторглись японцы. Вот тут-то Джингвей и совершил самое настоящее предательство. Он по сути не стал бороться за независимость Китая, отдав его захватчикам. Национальные интересы были попраны в пользу японских. В итоге, когда в Китае разразился кризис, и страна больше всего нуждалась в опытном управленце, Джингвей просто уехал из нее. Ванг явно присоединился к завоевателям. Однако горечь поражения он ощутить не успел, так как умер еще до падения Японии. Но имя Ванг Джингвея попало во все китайские учебники, как синоним предательства по отношению к своей стране.

Гетман Мазепа. Этот человек в новой российской истории считается самым главным предателем, даже церковь предала его анафеме. А вот в новейшей украинской истории гетман, наоборот, выступает национальным героем. Так в чем же заключалось его предательство или это все же был подвиг? Гетман Войска Запорожского долгое время выступал одним из самых верных союзников Петра I, помогая тому в Азовских походах. Однако все изменилось, когда против русского царя выступил шведский король Карл XII. Он, желая обрести себе союзника, пообещал Мазепе в случае победы в Северной войне украинскую независимость. Против такого лакомого куска пирога гетман устоять не смог. В 1708 году он перешел на сторону шведов, но всего через год их объединенная армия была разбита под Полтавой. За свою измену (Мазепа присягал на верность Петру) Российская империя лишила его всех наград и титулов и подвергла гражданской казни. Мазепа бежал в Бендеры, которые тогда принадлежали Османской империи и вскоре скончался там в 1709 году. По легенде смерть его была ужасна - его заели вши.

Олдрич Эймс. Это высокопоставленный офицер ЦРУ делал блестящую карьеру. Все предрекали ему долгую и успешную работу, а потом и высокооплачиваемую пенсию. Но жизнь его перевернулась, благодаря любви. Эймс женился на русской красавице, оказалось, что она являлась агентом КГБ. Женщина тут же стала требовать от супруга обеспечить ей красивую жизнь, чтобы полностью соответствовать американской мечте. Хотя офицеры в ЦРУ и неплохо зарабатывают, этого никак не хватало на требуемые постоянно новые украшения и автомобили. В итоге несчастный Эймс начал спиваться. Под влиянием алкоголя ему ничего не оставалось, как начинать распродавать секреты со своей работы. На них быстро объявился покупатель - СССР. В итоге за время своего предательства Эймс передал врагу своей страны информацию обо всех секретных агентах, работавших в Советском Союзе. СССР узнал также о сотне тайных военных операций, проводимых американцами. За это офицер получил около 4,6 миллионов долларов США. Однако все тайное когда-нибудь становится явным. Эймса раскрыли и приговорили к пожизненному заключению. Спецслужбы испытали самый настоящий шок и скандал, предатель стал самой большой их неудачей за все время существования. ЦРУ долго отходило от того вреда, который нанес ему один единственный человек. А ведь ему всего лишь требовались средства для ненасытной супруги. Ту, кстати, когда все выяснилось, просто депортировали в Южную Америку.

Видкун Квислинг. Род этого человека был одним из самых древних в Норвегии, его отец служил лютеранским священником. Сам Видкун очень хорошо учился и выбрал карьеру военного. Дослужившись до майора, Квислинг смог войти в правительство своей страны, занимая там пост министра обороны с 1931 по 1933 годы. В 1933 году Видкун основал собственную политическую партию "Национальное согласие", где и получил членским билет за первым номером. Сам себя он стал называть фёрер, что весьма напоминало фюрера. В 1936 году партия на выборах собрала довольно много голосов, став весьма влиятельной в стране. Когда в 1940 году в Норвегию пришли фашисты, Квислинг предложил местным жителям подчиниться им и не оказывать сопротивления. Хотя сам политик и был родом из древнего уважаемого рода, в стране сразу же окрестили его предателем. Сами норвежцы стали вести ожесточенную борьбу против захватчиков. Тогда Квислинг придумал в ответ план по вывозу из Норвегии евреев, пересылая их прямо в смертельный Освенцим. Однако история воздала политику, предавшему свой народ, по заслугам. 9 мая 1945 года Квислинг был арестован. Находясь в заключении, он успел еще заявить, что является мучеником и стремился создать великую страну. Но правосудие сочло иначе, и 24 октября 1945 года за государственную измену Квислинг был расстрелян.

Князь Андрей Михайлович Курбский. Это боярин являлся одним из самых верных соратников Ивана Грозного. Именно Курбский командовал русской армией в Ливонской войне. Но с началом опричнины взбалмошного царя под опалу попали многие доселе верные бояре. В их числе оказался и Курбский. Опасаясь за свою судьбу, он бросил свою семью и в 1563 году перебежал на службу польскому королю Сигизмунду. А уже в сентябре следующего года он выступил вместе с завоевателями против Москвы. Курбский отлично знал, как устроена русская оборона и армия. Благодаря предателю поляки смогли выиграть немало важных сражений. Они устраивали засады, угоняли в плен людей, обходя заставы. Курбский стал считаться первым русским диссидентом. Поляки считают боярина великим человеком, а вот в России он - предатель. Впрочем, говорить следует не об измене стране, а об измене лично царю Ивану Грозному.

Павлик Морозов. Этот мальчик долгое время в советской истории и культуре имел геройский образ. При этом проходил он под первым номером, среди детей-героев. Павлик Морозов попал даже в книгу почета Всесоюзной пионерской организации. Но история эта не совсем однозначная. Отец мальчика, Трофим, был партизаном и воевал на стороне большевиков. Однако вернувшись с войны, служивый бросил свою семью с четырьмя маленькими детьми и стал жить с другой женщиной. Трофим был избран председателем сельсовета, при этом вел бурную бытовую жизнь - пил и дебоширил. Вполне возможно, что в истории героизма и предательства больше бытовых, нежели политических причин. По легенде жена Трофима обвинила его в сокрытии хлеба, правда, говорят, что брошенная и униженная женщина потребовала прекратить выдачу фиктивных справок односельчанам. В ходе следствия 13-летний Павел просто подтвердил все то, что сказала его мать. В итоге распоясавшийся Трофим попал в тюрьму, а в отместку юный пионер в 1932 году был убит своими пьяными дядей и крестным. Но советская пропаганда сотворила из бытовой драмы красочную пропагандистскую историю. Да и не вдохновлял как-то герой, предавший своего отца.

Генрих Люшков. В 1937 году НКВД лютовало в том числе и на дальнем Востоке. Возглавлял тогда этот карательный орган именно Генрих Люшков. Однако, спустя год, началась чистка уже в самих "органах", многие палачи сами оказались на месте своих жертв. Люшкова вдруг вызвали в Москву, якобы, чтобы назначить начальником всех лагерей страны. Но Генрих подозревал, что Сталин хочет убрать его. Испугавшись расправы, Люшков бежал в Японию. В своем интервью местной газете "Иомиури" бывший палач рассказывал, что действительно осознает себя предателем. Но лишь по отношению к Сталину. Но последующее поведение Люшкова говорит как раз об обратном. Генерал рассказал японцам обо всей структуре НКВД и резидентах СССР, о том, где именно располагаются советские войска, где и как строятся оборонительные сооружения и крепости. Люшков передал врагам военные радиокоды, активно призывая японцев выступить против СССР. Арестованных же на территории Японии советских разведчиков, предатель пытал самолично, прибегая к жестоким зверствам. Вершиной деятельности Люшкова стала разработка им плана покушения на Сталина. Генерал лично принялся за осуществление своего проекта. Сегодня историки полагают, что это была единственная серьезная попытка устранить советского вождя. Однако она успеха не возымела. После поражения Японии в 1945 году Люшков был убит самими же японцами, которые не хотели, чтобы их секреты попали в руки СССР.

Андрей Власов. Этот советский генерал лейтенант прослыл самым главным советским предателем в годы Великой Отечественной войны. Еще зимой 41-42 года Власов командовал 20-й армией, внеся весомый вклад в разгром фашистов под Москвой. В народе именно этого генерала называли главным спасителем столицы. Летом 1942 года Власов занял пост заместителя командующего Волховским фронтом. Однако вскоре его войска попали в плен, а сам генерал попал в плен к немцам. Власов был направлен в Винницкий военный лагерь для плененных высших военных чинов. Там генерал согласился служить фашистам и возглавил созданный ими "Комитет освобождения народов России". На основе КОНР была создана даже целая "Русская освободительная армия" (РОА). В нее входили пленные советские военнослужащие. Генерал проявил малодушие, по слухам, с тех пор он начал много пить. 12 мая Власов был захвачен советскими войсками в попытке сбежать. Суд над ним был закрытым, так как он своими словами мог воодушевить недовольных властью людей. В августе 1946 года генерал Власов был лишен званий и наград, его имущество было конфисковано, а сам он - повешен. На суде обвиняемый признал, что признает себя виновным, так как смалодушничал в условиях плена. Уже в наше время была осуществлена попытка оправдать Власова. Но с него были сняты лишь малая часть обвинений, основные же из них остались в силе.

Фридрих Паулюс. Был свой предатель и со стороны фашистов в той войне. Зимой 1943 года под Сталинградом капитулировала 6-я немецкая армия под командованием фельдмаршала Паулюса. Его последующая история может считаться зеркальной по отношению к Власову. Плен немецкого офицера был довольно комфортным, ведь он вступил в антифашистский национальный комитет "Свободная Германия". Он ел мясо, пил пиво, получал продукты и посылки. Паулюс подписал воззвание "К военнопленным немецким солдатам и офицерам и ко всему немецкому народу". Там фельдмаршал заявил, что призывает всю Германию устранить Адольфа Гитлера. Он считает, что в стране должно быть новое государственное руководство. Оно должно прекратить войну и обеспечить народу восстановление дружбы с нынешними противниками. Паулюс даже выступил с разоблачительной речью на Нюрнбергском процессе, чем немало удивил своих прежних соратников. В 1953 году благодарная за сотрудничество советская власть освободила предателя, тем более что тот начинал впадать в депрессию. Паулюс переехал жить в ГДР, где и умер в 1957 году. Далеко не все немцы приняли с пониманием поступок фельдмаршала, даже его сын не принимал выбор отца, застрелившись в итоге из-за душевных терзаний.

Виктор Суворов. Этот перебежчик сделал себя имя еще и в качестве писателя. Когда-то разведчик Владимир Резун был резидентом ГРУ в Женеве. Но в 1978 году он убежал в Англию, где начал писать весьма скандальные книги. В них офицер, взявший псевдоним Суворов, довольно убедительно доказывал, что это именно СССР готовился летом 1941 году ударить по Германии. Немцы просто на несколько недель упредили своего противника, нанеся превентивный удар. Сам Резун рассказывает, что оказался вынужденным сотрудничать с английской разведкой. Его, якобы, хотели сделать крайним за провал в работе женевского отдела. Сам Суворов утверждает, что на Родине за свою измену заочно приговорен к смертной казни. Однако российская сторона этот факт предпочитает не комментировать. Живет бывший разведчик в Бристоле и продолжает писать книги на исторические темы. Каждая из них вызывает бурю обсуждений и личностных осуждений Суворова.

Виктор Беленко. Мало какому лейтенанту удается войти в историю. А вот этот военный летчик смог сделать это. Правда, ценой своего предательства. Можно сказать, он выступил неким мальчишом-плохишом, который так и хочет украсть что-то, да продать врагам подороже. 6 сентября 1976 года Беленко выполнял полет на сверхсекретном перехватчике МиГ-25. Вдруг старший лейтенант резко сменил курс и сел уже в Японии. Там самолет по деталям разобрали и подвергли тщательному изучению. Естественно, не обошлось и без американских специалистов. Самолет же был после тщательного изучения возвращен в СССР. А за свой подвиг "во славу демократии" сам Беленко получил политическое убежище в США. Однако есть и другая версия, по которой предатель таковым не являлся. Он просто вынужден был совершить посадку в Японии. Очевидцы говорят о том, что лейтенант стрелял в воздух из пистолета, не подпуская никого к машине и требуя зачехлить ее. Однако проведенное расследование учитывало и поведение летчика в быту, и манеру его полета. Вывод был однозначен - посадка на территории вражеского государства была умышленной. Сам Беленко оказался без ума от жизни в Америке, ему даже кошачьи консервы показались вкуснее тех, что продавались у него на Родине. Из официальных заявлений трудно оценить последствия того побега, морально-политический урон можно не учитывать, а вот материальный ущерб оценивался в 2 миллиарда рублей. Ведь в СССР пришлось спешно менять всю аппаратуру системы распознавания "свой-чужой".

Отто Куусинен. И снова ситуация, когда предатель для одних, является героем для других. Отто родился в 1881 году и в 1904 вступил в социал-демократическую партию Финляндии. Вскоре и возглавив ее. Когда стало ясно, что коммунистам в новой независимой Финляндии ничего не светит, Куусинен бежал в СССР. Там он долгое время работал в Коминтерне. Когда в 1939 году СССР напал на Финляндию, именно Куусинен стал главой марионеточного нового правительства страны. Только вот власть его распространялась на немногочисленные захваченные советскими войсками земли. Вскоре стало ясно, что захватить всю Финляндию не удастся и нужда в режиме Куусинене отпала. В дальнейшем он продолжил занимать видные государственные посты в СССР, скончавшись в 1964 году. Его прах захоронен у Кремлевской стены.

Ким Филби. Это разведчик прожил долгую и насыщенную событиями жизнь. Родился он в 1912 году Индии, в семье британского чиновника. В 1929 году Ким поступил в Кембридж, где вступил в социалистическое общество. В 1934 году Филби был завербован советской разведкой, что, учитывая его взгляды, было несложно осуществить. В 1940 году Ким поступил на службу в секретную английскую службу SIS, вскоре став руководителем одного из ее отделов. В 50-е именно Филби координировал действия Англии и США по борьбе с коммунистами. Естественно, СССР получал всю информацию о работе своего агента. С 1956 года Филби служит уже в МИ-6, пока в 1963 году не был нелегально переправлен в СССР. Здесь разведчик-предатель и прожил последующие 25 лет на персональной пенсии, иногда давая консультации.

Алекс Лютый (Юхновский Александр Иванович)

Служил в «филиале гестапо», бросал в шурф шахты, ставшей самой массовой могилой в мире, советских людей, а затем добрался до высоких должностей в Москве...

Особенно много кровавых злодеяний Алекс Лютый учинил в Кадиевке (ныне – город Стаханов Луганской области). Казалось, он сделал все, чтобы уйти от ответственности за военные преступления. Но через пару десятков лет после войны разоблачение произошло. И сделала это в столице СССР, как ни удивительно, кадиевчанка. А рассекретили документы следствия по делу алекса лютого только совсем недавно.

Уроженка Кадиевки Вера Кравец окончила московский вуз и затем окончательно поселилась в столице. Однажды на улице она случайно столкнулась с импозантным мужчиной средних лет и выронила из рук стопку книг. Мужчина извинился и помог женщине собрать книги, рассыпавшиеся на тротуаре.

На какое-то мгновение они посмотрели друг другу в глаза. Мужчина не узнал Веру. А вот она сразу поняла, что это тот самый Алекс Лютый, который в войну в Стаханове ее, двенадцатилетнюю девчонку, бил, пытал, обвиняя в связи с партизанами, а потом, совсем измученную, бросил в шурф шахты. Вера чудом осталась жива и даже выползла на поверхность.

Фото из уголовного дела

Стараясь сохранять самообладание, Вера Кравец поблагодарила «незнакомца» и решила незаметно за ним проследить. Увидела, что тот зашел в редакцию газеты «Красный воин». Спросила у дворника, подметавшего мусор возле парадного, кто этот человек. Дворник ответил: «Уважаемый всеми главный редактор газеты «Красный воин» Александр Юрьевич Мироненко».

После этого Вера отправилась в управление КГБ.

Следователь сразу никак не мог поверить тому, что рассказывает женщина. Ничего не сходилось с документами, которые имелись на Мироненко. Александр Юрьевич всю войну находился на фронте. Дошел до самого логова фашистского зверя. Имеет много наград, среди которых орден Славы, медали «За победу над Германией», «За взятие Берлина» и другие. Мироненко служил в советской армии до октября 1951 года. После окончания полковой школы был командиром отделения и помкомвзвода в разведроте, завделопроизводством, писарем штаба. В 1946 году 21-летний Мироненко вступил в комсомол, его избрали в местное бюро ВЛКСМ. Он писал статьи в газеты, обличая фашизм и прославляя наших доблестных воинов-победителей. С учетом талантов Александра, его откомандировали в газету «Советская Армия». В редакции Мироненко работал в международном отделе, поскольку знал украинский, русский, польский и немецкий языки. После демобилизации Александр вместе с женой приехал в Москву и сделал здесь быструю журналистскую карьеру.

Высказав Вере свои сомнения в том, что она не ошиблась, ведь после войны уже немало лет минуло, следователь все же решил взяться за проверку данных, касающихся биографии Мироненко.

Следователь сделал запрос относительно обстоятельств награждения Александра Мироненко орденом Славы. Из архива пришел обескураживающий ответ: в списках награжденных орденом Славы Мироненко Александра Юрьевича нет...

Когда началась Великая Отечественная война, Саше Юхновскому было 16 лет. Его отец, бывший офицер петлюровской армии, работал агрономом в Роменском районе Сумской области. Старший Юхновский с ненавистью относился к советской власти, и когда немцы захватили Украину, был этому несказанно рад. По заданию оккупантов формировал местную полицию, куда пристроил сына переводчиком. Саша сразу же начал делать успехи в наведении «нового порядка», установленного фашистами. Его зачислили на все виды довольствования, выдали пистолет.

Вскоре Александра Юхновского за особое усердие в борьбе с врагами рейха перевели в ГФП, что считалось полицаями почетным. Юхновский попадает в Кадиевку Луганской области. Здесь он так отличался в пытках и истязаниях местных жителей, заподозренных в связях с партизанами или подпольщиками, что даже самые отъявленные головорезы из гестапо поражались. За это и прозвали Александра Юхновского Алексом Лютым, причем, и немцы, и жители Кадиевки одновременно, конечно же, не сговариваясь.

Следователи КГБ стали изучать архивы ГФП-721, где обнаружили данные о Юхновском, который был удивительно похожим на Мироненко. Данных сохранилось достаточно для того, чтобы ужаснуться тому, что там значится, и найти кровожадных предателей. Немцы подробно фиксировали в своих донесениях командованию «филиала гестапо», сколько людей арестовано, допрошено, избито, казнено. Фигурировала там и шахта 4-4-бис «Калиновка» Донецкой области, к шурфу которой свозили казненных и живых со всей немалой округи, в том числе и с Кадиевки.

Нашлись многочисленные свидетели преступлений фашистов и их пособников, которые часто бросали в шурф живых и мертвых, согнав к месту казни толпы людей. Слесарь Авдеев рассказал: «В мае 1943 года два немецких офицера вытащили из легковой машины девочку лет 10-12 и поволокли к стволу шахты. Она упиралась изо всех сил и кричала: «Ой, дядечка, не стреляйте!» Крики раздавались долго. Потом я услышал выстрел, и девочка перестала кричать». Другой слесарь сообщил о том, как в шахту сбросили двух живых детей. Сторож видел, как привозили к шурфу женщин с грудными детьми. Матерей убивали, младенцев живыми бросали в шурф вслед за ними. Горный инженер Александр Положенцев тоже полетел в шурф живым. Падая, ухватился за канат, раскачиваясь, перебрался в стенную нишу, в которой прятался до темной ночи. Потом выбрался наверх.

В подобных зверствах всегда отличался перед немецкими хозяевами Алекс Лютый. Свидетель Хмиль не может забыть: «Юхновский бил женщину резиновой дубинкой по голове и спине, а ногой ударял ее в низ живота, таскал ее за волосы. Примерно через два часа я видел, как Юхновский вместе с другими сотрудниками ГФП волокли эту женщину из комнаты допросов в коридор, идти или стоять она не могла. Между ног ее текла кровь. Я просил Сашу, чтобы он меня не бил, говорил, что ни в чем не виноват, даже вставал перед ним на колени, но он был неумолим. Переводчик Саша допрашивал и избивал меня с азартом, с инициативой».

В шурф шахты сыпали каустическую соду для уплотнения и трамбовки человеческих тел. Перед отступлением немцы завалили ствол шахты...

После освобождения Донбасса бездействовавшие в оккупацию шахты начали восстанавливать. Первым делом, конечно же, извлекали тела казненных советских людей. Никто не ожидал, что в шахте «Калиновка» погребено такое невероятно огромное количество людей. Из 365 метров глубины шахты 330 метров были завалены трупами. Ширина шурфа – 2,9 метра.

По приблизительным подсчетам «Калиновка» стала местом казни 75 тысяч человек. Ни до этого, ни после нигде не было столь массового захоронения на нашей планете. Опознать удалось только 150 человек.

Как бы то ни было, летом 1944 года судьба Алекса Лютого сделала крутой поворот: в Одесской области он отстал от обоза ГФП-721 и через какое-то время явился в полевой военкомат РККА, назвавшись именем Мироненко. И можно лишь предполагать: случилось ли это благодаря военной неразберихе или же во исполнение приказа хозяев?

В Советской армии Мироненко-Юхновский служил с сентября 1944 года до октября 1951 года – и неплохо служил. Был командиром отделения, помкомвзвода в разведроте, начальником канцелярии мотоциклетного батальона, затем писарем штаба 191-й стрелковой и 8-й гвардейской механизированной дивизии.

Его наградили медалью «За отвагу», медалями за взятие Кенигсберга, Варшавы, Берлина. Как вспоминали сослуживцы, он отличался немалой храбростью и хладнокровием. В 1948 году Мироненко-Юхновский был откомандирован в распоряжение Политуправления Группы советских оккупационных войск в Германии (ГСОВГ). Там он работал в редакции газеты «Советская Армия», печатал переводы, статьи, стихи. Публиковался в украинских газетах – например, в «Прикарпатской правде».

Работал и на радио: советском и немецком. За время службы в Политуправлении получал многочисленные благодарности, причем, по горькой иронии судьбы, за выступления и публицистику, разоблачавшие фашизм.

После демобилизации он переехал в Москву и женился. С этого момента Юхновский начал делать пусть и не стремительную, но ровную и успешную карьеру, уверенно поднимаясь наверх.

И везде отмечался благодарностями, грамотами, поощрениями, успешно продвигался по службе, стал членом Союза журналистов СССР. Переводил с немецкого, польского, чешского. В 1962 году вышел, например, его перевод книги чехословацкого писателя Радко Пытлика «Сражающийся Ярослав Гашек» – и отличный перевод, надо отметить.

К середине 70-х годов он, уже примерный семьянин и отец взрослой дочери, стал заведующим редакцией издательства Министерства гражданской авиации. Издательство «Воениздат» приняло к публикации книгу его воспоминаний о войне, написанную, как отмечали рецензенты, увлекательно и с большим знанием дела, что, впрочем, неудивительно, ибо Мироненко-Юхновский был фактическим участником многих событий...

В редакции «Красного воина» были потрясены фактом ареста своего главного редактора и особенно тем, что ему инкриминировали. Не хотелось в подобное верить, но поверить пришлось, ведь Мироненко во всем сознался, хотя и далеко-далеко не сразу. Он долго отпирался, мол, вступая в полицию, был лишь исполнителем чужой воли – сначала отца, потом немцев. Утверждал, что в казнях участия не принимал. Но свидетели приводили иные факты. Опровергнуть их было невозможно. Следователи провели работу в 44 населенных пунктах, где оставила свои кровавые следы ГФП-721. Юхновского-Лютого-Мироненко везде вспоминали с ужасом.

Состоялся суд, и был вынесен не оставлявший сомнений приговор.

Уже в 2000-х годах это дело, оказавшись в числе рассекреченных, вдруг стало по-своему знаменитым. Достаточно сказать, что ему было посвящено три книги: Феликса Владимирова «Цена измены», Генриха Гофмана «Сотрудник гестапо» и Андрея Медведенко «Нельзя не вернуться». Оно даже легло в основу аж двух фильмов: одной из серий документального сериала «Охотники за нацистами» и фильма из цикла «Следствие вели» на канале НТВ, получившего название «По прозвищу «Лютый».

Антонина Макарова (Тонька-пулемечица)

11 августа 1979 года приведен в исполнение приговор палачу «Локотского самоуправления» - Антонине Макаровой-Гинзбург, по прозвищу «Тонька-пулеметчица», единственной женщине в мире - убийце 1500 человек.

Макарова, будучи санитаркой в 1941 году попала в окружение и после 3-х месячного блуждания по Брянским лесам оказалась в «Локотском округе».

20-ти летняя девушка стала палачом, каждое утро из хозяйски начищенного пулемета, расстреливая людей – партизан, сочувствующих им, членов их семей (дети, подростки, женщины, старики). После казни Тоня Макарова добивала раненых и собирала понравившиеся женские вещи. А вечером, отстирав пятна крови, принарядившись, шла в офицерский клуб, чтобы найти себе очередного друга на ночь.

Макарова – единственная женщина-каратель, расстрелянная в СССР.

В первый раз Макарова убила после выпитого самогона. Ее поймали на улице, оборванную, грязную и бездомную местные полицаи. Отогрели, напоили и, дав в руки пулемет, вывели во двор. Совершенно пьяная Тоня не поняла толком что происходит и не сопротивлялась. Но когда увидела у себя в руке 30 марок (хорошие деньги), обрадовалась и согласилась на сотрудничество. Макаровой выделили койку на конезаводе и сказали утром выходить «на работу».

Тоня к «работе» быстро привыкла: «Я не знала тех, кого расстреливаю. Они меня не знали. Поэтому стыдно мне перед ними не было. Бывало, выстрелишь, подойдешь ближе, а кое-кто еще дергается. Тогда снова стреляла в голову, чтобы человек не мучился. Иногда у нескольких заключенных на груди был подвешен кусок фанеры с надписью «партизан». Некоторые перед смертью что-то пели. После казней я чистила пулемет в караульном помещении или во дворе. Патронов было в достатке...»; «Мне казалось, что война спишет все. Я просто выполняла свою работу, за которую мне платили. Приходилось расстреливать не только партизан, но и членов их семей, женщин, подростков. Об этом я старалась не вспоминать…».

По ночам Макарова любила походить по бывшей конюшне, переделанной полицаями в тюрьму – туда после зверских допросов свозили приговоренных к расстрелу и девушка Тоня часами вглядывалась в лица людей, которых ей предстояло утром лишить жизни.

Возмездия сразу после войны Макарова счастливым образом избежала – в момент, когда наступали советские войска у нее обнаружилась венерическая болезнь и немцы приказали отправить Тоню в свой далекий тыл – лечиться (как ценный кадр?). Когда Красная армия вошла в Локоть от «Тоньки-пулеметчицы» осталась только огромная братская могила численностью в 1500 человек (установить паспортные данные удалось у 200 погибших – смерть этих людей и легла во основу заочного обвинения карателя Антонины Макаровой, 1921 года рождения, предположительно жительницы Москвы - больше о палаче ничего известно не было).

Тридцать с лишним лет сотрудники КГБ искали убийцу. Были проверены все Антонины Макаровы рожденные в Советском Союзе в 1921 году (их оказалось 250 человек). Но «Тонька-пулеметчица исчезла».

В 1976 году московский чиновник по фамилии Парфенов оформлял документы на выезд за границу. Заполняя анкету, он перечислил паспортные данные своих братьев и сестер – 5 человек. Все были Парфеновы и лишь одна – Антонина Макаровна Макарова, с 1945 года Гинзбург (по мужу), проживающая в Белоруссии, в городе Лепель.

Сестрой Парфенова - Антониной Гинзбург заинтересовались и год вели за ней наблюдение, боясь напрасно оговорить… ветерана ВОВ! Получающую все причитающиеся льготы, регулярно выступающую по приглашению в школах и трудовых коллективах, примерную жену и мать двоих детей! Пришлось возить в Лепель свидетелей на тайное опознание (в том числе некоторых Тонькиных сослуживцев-полицаев отбывающих наказание и любовников).

Когда Макарову-Гунзбург арестовали, она рассказала, как бежала из немецкого госпиталя, понимая, что войне конец – уходят фашисты, вышла замуж за фронтовика, выправила ветеранские документы и скрылась в маленьком, провинциальном Лепеле. Спала Тонька хорошо, ее ничто не мучило: «Какая чушь, что потом мучают угрызения совести. Что те, кого убиваешь, приходят по ночам в кошмарах. Мне до сих пор не приснился ни один».

Расстреляли 55-ти летнюю Макарову-Гинзбург рано утром, отклонив все прошения о помиловании. Что стало для нее полной неожиданностью(!), она не раз жаловалась надзирательницам тюрьмы: «Опозорили меня на старости лет, теперь после приговора придется из Лепеля уезжать, иначе каждый дурак станет в меня пальцем тыкать. Я думаю, что мне года три условно дадут. За что больше-то? Потом надо как-то заново жизнь устраивать. А сколько у вас в СИЗО зарплата, девчонки? Может, мне к вам устроиться - работа-то знакомая...»!

На Сплетнике в 2013 г. про Макарову был .

Леонтий Тислер

Бывшему полицаю для прибавки к пенсии в Эстонии требуется подтверждение его сотрудничества с фашистами

В областном управлении ФСБ по Псковской области хранятся подчас удивительные документы. Среди них и переписка с жителем бывшей Эстонской республики Леонтием Андреевичем Тислером. Первое письмо из этой странной папки датировано 5 октября 1991 года. В нем житель города Вильянди обращался в правоохранительные органы Псковской области с просьбой о реабилитации.
«Меня арестовали 26 октября 1950 года, - писал Леонтий Андреевич, - в деревне Вяляотса, ныне колхоз «Эстония». Следствие велось в Пскове. В январе 1951 года военный трибунал приговорил меня на основании ст. 58-1 «а» к 25 годам лишения свободы с поражением в правах. Место совершения преступления - деревня Домкино, где проживали в основном эстонцы. Меня обвиняли в борьбе против партизан, но на самом деле мы защищали свое имущество и скот от грабежа так называемых партизан. Они подожгли деревню, была стрельба, убили 7 человек (женщин). С сентября 1943 года я проживал в Эстонии... С октября 1944 года по апрель 1948 года служил в Советской Армии в составе Эстонского корпуса, участвовал в боях в Курляндии до конца войны. Ветеран, свидетельство № 509861 от 15 декабря 1980 года». Далее следовали подпись и число.

В дело сразу же включилась областная прокуратура. Специальная группа высококвалифицированных юристов, которая и сейчас продолжает заниматься пересмотром дел, связанных с реабилитацией, подняла и дело Тислера. На белый свет был извлечен увесистый том под номером 2275, начатый 22 октября 1950 года, по обвинению Эльмара Хиндриксона (1911 г.р.), Эдуарда Коллама (1919 г.р.), Леонтия Тислера (1924 г.р.), Эвальда Юхкома (1922 г.р.) и Эрика Ойнаса в измене Родине. Постановление об аресте, свидетельские показания, допросы обвиняемых, их фотографии, отпечатки пальцев, следственное заключение. Все аккуратно подшито и задокументировано. Из него дотошные правоведы узнали, что Леонтий Андреевич восемнадцатилетним парнем добровольно (это подтверждалось его личным признанием и многочисленными свидетельскими показаниями) вступил в эстонский карательный отряд - ЭКА, получил винтовку, боеприпасы. Сначала он нес караульную службу (охранял маслозавод, водокачку), а потом принимал участие в боевых операциях против партизан. Так, в бою при деревне Задоре были убиты двое народных мстителей. А потом были карательные операции в деревнях Новая Желча, Столп, Сиковицы, Дубок, облава в Новом Аксово. Кстати, во время последней были уничтожены пятеро, как напишет позднее в своем письме Леонтий Андреевич, «так называемых партизан». Что же касается нападения на Домкино, вынужденной защите своего имущества и скота, о которых писал Тислер, то в деле никто из обвиняемых и свидетелей об этом даже не упоминал.

К сожалению, не объяснил Тислер в своем письме, почему он вместе с другими карателями, когда фронт стал приближаться к Стругам Красным, побросав свои винтовки, скрылся в глубоком немецком тылу. На территории Эстонии в конце концов он и был найден и задержан. Тщательно рассмотрев все материалы, в том числе и свидетельские показания, прокуратура признала, что «гражданин Тислер был осужден обоснованно и не подлежит реабилитации».

Тем дело, может быть, и кончилось, если бы не новое письмо, которое было направлено в архив управления ФСБ РФ по Псковской области 22 января 1998 года. Вот оно:
«Я, Тислер Леонтий Андреевич, родился 8.01.1925 г. в деревне Домкино-1 Стругокрасненского района Ленинградской области. Обращаюсь к вам с вопросом: есть ли у вас документы о том, что я работал в деревне Домкино-1 старостой с 28 июня 1941 года по 30 августа 1943 г.? Я писал об этом в Санкт-Петербурский архив, откуда мне сообщили в ответ 23 декабря 1997 года, что там таких документов нет, и направили меня в архив управления ФСБ РФ по Псковской области. Прошу ответить мне, какие документы имеются в архиве...»
И государственная машина снова заработала. В город Вильянди, где проживает Тислер, ушла архивная справка, которая подтверждала, что «в Пскове в УФСБ России по Псковской области имеется на хранении архивное уголовное дело в отношении Тислера Леонтия Андреевича, осужденного военным трибуналом войск МВД СССР по Псковской области 11 января 1951 года по ст. 58-1 «а» к 25 годам лишения свободы, где указано, что с июня 1942 года по август 1943 года Тислер Л.А. служил старостой в деревне Домкино-1".
Прошел год, и снова в Псков приходит письмо от неугомонного Леонтия Андреевича. Он благодарил управление за оказанную помощь, но тут же сетовал, что в архивной справке ничего не говорилось относительно того, что, работая старостой, он при этом получал... деньги.
«...Здесь это в рабочий стаж не учитывают, потому что якобы должность была добровольная и бесплатная, где не было месячного и годового оклада, то есть зарплаты. Я объясняю, - продолжал Тислер, - что бесплатно не стал бы никто два-три раза в месяц ходить в район за 50 км в один конец. Я получал от сельхозкомендатуры 120... или 130 марок в месяц, точной цифры я не помню. Поэтому и моя просьба к вам будет такая: ...подтвердите, что за эту работу мне платили. Тогда я надеюсь получить прибавку к... пенсии».
После такого откровенного признания становится окончательно ясно, откуда у Тислера такая настойчивость. Чего он, в конце концов, добивается.
В начале 90-х годов, когда в массовом порядке проходила реабилитация незаконно репрессированных граждан, Леонтий Андреевич попытался вытребовать себе прощение за предательство. Но прошло время, изменилась политическая конъюнктура, и Тислер уже считает возможным вновь обратиться в архивы с просьбой подтвердить на этот раз его... полицейский стаж (!!!), авось сумеет выторговать прибавку к пенсии - довесок за те тридцать сребреников, которые он исправно получал от фашистов. Именно поэтому бывший полицай сразу вспомнил про «честно заработанные» оккупационные марки, от которых, к слову, категорически открещивался во время допросов в 1950 году.

Теперь вряд ли можно получить вразумительный ответ и на вопрос: почему он, почувствовав скорый закат своей полицейской карьеры в 1943 году, бросил винтовку и бежал из ЭКА на территорию Эстонии, а когда был призван в ряды Советской Армии, скрыл, что прислуживал фашистам. Да, Тислер действительно принимал участие в боевых действиях и уже в советское время, отсидев за свое предательство, пользовался всеми правами ветерана Великой Отечественной войны! Но изменились времена, и он уже пытается получить документальное свидетельство о том, что, будучи активным пособником гитлеровцев, получал за свое рвение денежное довольствие. Именно поэтому Тислер снова просил выслать документы, где просил указать, что «он служил в полиции Стругокрасненского района с октября 1942 года по август 1943 года, так как документ ему нужен для предъявления официальным лицам государственных органов». Ответ, подготовленный начальником подразделения В. А. Ивановым был лаконичен:
«Уважаемый Леонтий Андреевич! На ваше заявление сообщаем, что выдача справок и выписок из архивных уголовных дел, согласно ст.11 закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий», производится в том случае, если лица, проходящие по делу, реабилитированы, поэтому выполнить вашу просьбу не представляется возможным».

Национальные легионы: 14 туркестанских, 8 азербайджанских, 7 северокавказских, 8 грузинских, 8 армянских, 7 волжско-татарских батальонов

Волжско-татарский легион («Идель-Урал»)

Формальной идеологической основой легиона была борьба с большевизмом и евреями, при этом немецкой стороной сознательно распространялись слухи о возможном создании Идель-Уральской Республики.

Ещё с конца 1942 года в легионе действовала подпольная организация, ставившая своей целью внутреннее идейное разложение легиона. Подпольщики печатали антифашистские листовки, распространявшиеся среди легионеров.

За участие в подпольной организации 25 августа 1944 года в военной тюрьме Плётцензее в Берлине были гильотинированы 11 легионеров-татар.

Действия татарских подпольщиков привели к тому, что из всех национальных батальонов именно татарские были для немцев самыми ненадёжными, и именно они меньше всех воевали против советских войск.

Казачий стан (Kosakenlager)

Военная организация во время Великой Отечественной войны, объединявшая казаков в составе вермахта и СС.
В октябре 1942 года в оккупированном германскими войсками Новочеркасске с разрешения немецких властей прошёл казачий сход, на котором был избран штаб Войска Донского. Начинается организация казачьих формирований в составе вермахта, как на оккупированных территориях, так и в эмигрантской среде. Казаки принимали деятельное участие в подавлении Варшавского восстания в августе 1944 года.

Варшава, август 1944 года. Нацистские казаки подавляют польское восстание. В центре - майор Иван Фролов вместе с другими офицерами. Солдат справа, судя по нашивкам, принадлежит к Русской освободительной армии (РОА) генерала Власова.

В октябре 1942 года в оккупированном германскими войсками Новочеркасске с разрешения немецких властей прошёл казачий сход, на котором был избран штаб Войска Донского. Начинается организация казачьих формирований в составе вермахта, как на оккупированных территориях, так и в эмигрантской среде.

Грузинский легион (Die Georgische Legion)

Соединение рейхсвера, позднее вермахта. Легион существовал с 1915 по 1917 и с 1941 по 1945 год.

При первом своем создании был укомплектован добровольцами из числа грузин, оказавшихся в плену в период 1-й мировой войны. Во время Второй мировой войны легион пополнился добровольцами из числа советских военнопленных грузинской национальности.
Из участия грузин и иных кавказцев в других подразделений известен спецотряд для пропаганды и диверсий «Бергман» - «Горец», который насчитывал в своих рядах 300 немцев, 900 кавказцев и 130 грузин-эмигрантов, составлявших специальное подразделение Абвера «Тамара II», основанное в Германии в марте 1942 годa.

Подразделение имело в своем составе агитаторов и состояло из 5 рот: 1, 4, 5-я грузинские; 2-я северокавказская; 3-я - армянская.

С августа 1942 года «Бергман» - «Горец» действовал на кавказском театре - осуществлял диверсии и агитацию в советском тылу на грозненском и ищерском направлении, в районе Нальчикa, Моздокa и Минеральных вод. За период боев на Кавказе из перебежчиков и пленных были сформированы 4 стрелковые роты - грузинская, северокавказская, армянская и смешанная, четыре конных эскадрона - 3 северокавказских и 1 грузинский.

Латышский добровольческий легион СС

Данное соединение входило в состав войск СС, и было сформировано из двух дивизий СС: 15-й гренадерской и 19-й гренадерской. В 1942 году латвийская гражданская администрация для помощи вермахту предложила немецкой стороне создать на добровольческой основе вооружённые силы общей численностью 100 тыс. человек с условием признания после окончания войны независимости Латвии. Гитлер отверг это предложение. В феврале 1943 года, после разгрома немецких войск под Сталинградом, гитлеровское командование приняло решение о формировании латышского национального частей в составе СС.

28 марта в Риге каждый легионер давал присягу:
"Именем бога, я торжественно обещаю в борьбе против большевиков неограниченное послушание Главнокомандующему вооружёнными силами Германии Адольфу Гитлеру и за это обещание я, как храбрый воин, всегда готов отдать свою жизнь".

В результате, в мае 1943 года на основе шести латвийских полицейских батальонов (16, 18, 19, 21, 24 и 26-го), действовавших в составе группы армий «Север», была организована Латвийская добровольческая бригада СС в составе 1-го и 2-го латвийских добровольческих полков. Дивизия принимала непосредственное участие в карательных акциях против советских граждан на территориях Ленинградской и Новгородской областей. В 1943 году части дивизии участвовали в карательных операциях против советских партизан в районах городов Невель, Опочка и Псков (в 3 км от Пскова, ими было расстреляно 560 человек) .
Участвовали военнослужащие латышских дивизий СС и в зверских убийствах захваченных в плен советских солдат, включая женщин.
Захватывая пленных, немецкие мерзавцы устроили над ними кровавую расправу. По имеющимся данным, зверская расправа над ранеными советскими бойцами и офицерами была произведена солдатами и офицерами одного из батальонов 43-го стрелкового полка 19-й латышской дивизии СС. И так далее в Польше, Белорусии.

20-я гренадерская дивизия СС (1-я эстонская)

В соответствии с уставом войск СС комплектование производилось на добровольной основе, причём желающие служить в этом подразделении должны были по здоровью и идейным соображениям соответствовать требованиям войск СС.Начало формирования эстонских регулярных частей для участия в военных действиях на стороне гитлеровской Германии было положено 25 августа 1941 года.Было разрешено принимать прибалтов на службу в вермахт и создавать из них особые команды и добровольческие батальоны для антипартизанской борьбы.

На 1 октября 1942 года все полицейские силы Эстонии составляли 10,4 тысяч человек, к которым был прикомандирован 591 немец.
Как свидетельствуют архивные документы немецкого командования того периода, 3-я эстонская добровольческая бригада СС вместе с другими подразделениями немецкой армии проводила карательные операции „Хейнрик“ и „Фриц“ по ликвидации советских партизан в районе Полоцк-Невель-Идрица-Себеж, которые проводились в октябре-декабре 1943 года.

Туркестанский легион

Формирование Вермахта в период второй мировой войны, являвшееся частью Восточного легиона и состоящего из добровольцев представителей тюркских народов республик СССР и Центральной Азии (казахи, узбеки, туркмены, киргизы, уйгуры, татары, кумыки, и т. д.). Туркестанский легион создан 15 ноября 1941 г. при 444-й охранной дивизии в форме Легион не были однородными по этническому составу - помимо уроженцев Туркестана в нём служили также азербайджанцы и представители северокавказских народов. В конце войны Туркестанский легион влился в Восточно-тюркское соединение СС (численность - 8 тыс.).

Северокавказский легион вермахта (Nordkaukasische Legion) , позднее 2-й Туркестанский легион.

Армянский легион (Armenische Legion)

Формирование вермахта, состоявшее из представителей армянского народа.
Военной целью данного формирования была государственная независимость Армении от Советского Союза. Армянские легионеры входили в состав 11 батальонов, а также других подразделений. Общая численность легионеров достигала 18 тыс. человек.

Генерал-майор в отставке Воробьев Владимир Никифорович, ветеран Великой Отечественной войны и военной разведки, председатель Военно-научного общества при государственном культурно-досуговом учреждении «Центральный Дом офицеров Вооруженных Сил Республики Беларусь» (до 2012 г.) пишет:

"Сегодня, сознательная и преднамеренная фальсификация итогов ВОВ и Второй мировой войны в целом, исторических побед Советского народа и его Красной Армии значительно возросла. Цель очевидна – отобрать у нас Великую Победу, предать забвению те зверства и злодеяния, которые чинили гитлеровцы и их пособники предатели и изменники своей Родины: власовцы, бандеровцы, кавказские и прибалтийские каратели. Сегодня их варварство оправдывается «борьбой за свободу», «национальную независимость». Кощунственно выглядит, когда недобитые эсесовцы из дивизии «Галичина» находятся в законе, получают дополнительные пенсии, а их семьи освобождены от оплаты жилищно-коммунальных услуг. День освобождения Львова – 27 июля объявлен «днём траура и закабаления московским режимом». Улицу Александра Невского переименовали в Андрея Шептицкого – митрополита украинской греко-католической церкви, который в 1941 г. благословил на борьбу с Красной Армией 14-ю Гренадерскую дивизию СС «Галичина».

Сегодня, прибалтийские страны требуют от России миллиарды долларов за «советскую оккупацию». Но неужели ими забыто, что Советский Союз не оккупировал их, а спас честь всех трех государств Балтии от неминуемой судьбы быть в составе разгромленной гитлеровской коалиции, предоставил им иметь честь стать в общий строй стран победивших фашизм. Литва в1940 г. получила назад, отобранный ранее Польшей, Виленский край со столицей Вильнюс. Забыто! Забыто также и то, что страны Балтии с 1940г. по1991 г. для создания своей новой инфраструктуры получили от Советского Союза (в сегодняшних ценах) 220 млрд. долларов.

При помощи Советского Союза создали уникальное высокотехническое производство, построили новые электростанции, в т.ч. и атомную, дающую 62% всей потребляемой энергии, порты и паромы (3 млрд. дол.), аэродромы (Шауляй – 1 млрд. дол.), создали новый торговый флот, возвели нефтепроводы, полностью газифицировали свои страны. Забыто! Преданы забвению события января1942 г., когда предатели Родины 3 июня 1944 г. дотла сожгли вместе с жителями деревню Пиргупис и еще д. Расейняй. Деревню Аудрини в Латвии, где сегодня база ВВС НАТО, постигла такая же участь: 42 двора деревни вместе с жителями буквально были стерты с лица земли. Резекненская полиция, которую возглавлял зверь в облике человека Эйхелис, уже к 20 июля 1942 г. сумела истребить 5128 жителей еврейской национальности.

Латвийские «стрелки-фашисты» из воинства СС ежегодно 16 марта устраивают шествие торжественным маршем. Палачу Эйхелису поставили мраморный памятник. За что? Бывшие каратели, эсесовцы из 20-й Эстонской дивизии и эстонцы-полицаи, которые прославились поголовным уничтожением евреев, тысяч белорусов и советских партизан, ежегодно 6 июля выхаживают парадным строем со знаменами по Таллинну, а день освобождения своей столицы – 22 сентября1944 г. отмечают, как «день траура». Бывшему полковнику войск СС Ребане поставлен гранитный памятник, к которому приводят детей положить цветы. Памятники же нашим полководцам, освободителям давно уничтожены, могилы наших побратимов патриотов-фронтовиков осквернены. В Латвии, в2005 г., распоясавшиеся от безнаказанности вандалы, уже трижды(!) совершали глумление над могилами павших солдат Красной Армии.

Почему, за что оскверняют могилы героев-солдат Красной Армии, рушат их мраморные плиты, вторично их убивают? Запад, ООН, Совет Безопасности, Израиль молчат, мер никаких не предпринимают. А между тем, Нюрнбергский процесс 20.11.1945-01.10.1946 гг. за осуществление заговора против Мира, человечности и тягчайшие военные преступления приговорил нацистских военных преступников не к расстрелу, а повешению. Генеральная Ассамблея ООН 12 декабря 1946 года подтвердила правомерность приговора. Забыто! Сегодня в некоторых странах СНГ идет возвеличивание, восхваление преступников, карателей и изменников. 9 мая – день исторический, день Великой Победы уже не празднуется – рабочий день, а еще хуже «день траура».

Настало время дать решительный отпор этим деяниям, не восхвалять, а разоблачать всех тех, кто с оружием в руках стал в прислужники фашистам, чинил зверства, уничтожал стариков, женщин и детей. Настало время сказать правду о коллаборационистах, вражеских военных, полицейских формированиях, предателях и изменниках Родины.

Предательство и измена всегда и везде вызывали чувства омерзения и негодования, тем более измена данной ранее клятве, воинской присяге. Эти предательства, клятва преступления срока давности не имеют".

В годы Великой Отечественной войны на оккупированных территориях Советского Союза и стран Восточной Европы гитлеровцами и их приспешниками из числа местных предателей было совершено множество военных преступлений против мирного населения и пленных военнослужащих. Еще не прозвучали залпы Победы в Берлине, а перед советскими органами государственной безопасности уже стояла важная и довольно сложная задача – расследовать все преступления гитлеровцев, выявить и задержать виновных в них лиц, привлечь их к ответственности.

Поиск нацистских военных преступников начался еще в годы Великой Отечественной войны и не завершен и по сей день. Ведь нет временных границ и сроков давности по тем зверствам, которые творили гитлеровцы на советской земле. Как только советские войска освобождали оккупированные территории, на них сразу же начинали работать оперативные и следственные органы, в первую очередь – контрразведка «Смерш». Благодаря смершевцам, а также военнослужащим и сотрудникам милиции, было выявлено большое количество пособников гитлеровской Германии из числа местного населения.

Бывшие полицаи получали уголовные судимости по статье 58 УК СССР и приговаривались к различным срокам лишения свободы, обычно – от десяти до пятнадцати лет. Поскольку разоренная войной страна нуждалась в рабочих руках, смертная казнь применялась лишь к наиболее отъявленным и одиозным палачам. Многие полицаи отсидели положенное и вернулись домой в 1950-е – 1960-е годы. Но кому-то из коллаборационистов удалось избежать ареста, выдавая себя за мирных жителей или даже приписывая героические биографии участников Великой Отечественной войны в составе РККА.

Например, Павел Алексашкин командовал карательным подразделением полицаев в Белоруссии. Когда СССР победил в Великой Отечественной войне, Алексашкин смог скрыть личное участие в военных преступлениях. За службу у немцев ему дали небольшой срок. После освобождения из лагеря Алексашкин переехал в Ярославскую область и вскоре, набравшись смелости, стал выдавать себя за ветерана Великой Отечественной войны. Сумев получить необходимые документы, он стал получать все положенные ветеранам льготы, периодически его награждали орденами и медалями, приглашали выступать в школы перед советскими детьми – рассказывать о своем боевом пути. И бывший гитлеровский каратель врал без зазрения совести, приписывая себе чужие подвиги и тщательно скрывая свое подлинное лицо. Но когда органам безопасности потребовались показания Алексашкина по делу одного из военных преступников, сделали запрос по месту жительства и установили, что бывший полицай притворяется ветераном Великой Отечественной войны.

Один из первых процессов над гитлеровскими военными преступниками состоялся 14-17 июля 1943 года в Краснодаре. Еще шла полным ходом Великая Отечественная война, а в краснодарском кинотеатре «Великан» проходил процесс по делу одиннадцати нацистских пособников из зондеркоманды СС «10-а». В душегубках – «газенвагенах» были уничтожены более 7 тысяч мирных жителей Краснодара и Краснодарского края. Непосредственными руководителями расправ были офицеры немецкого гестапо, но осуществляли казни палачи из числа местных предателей.

Василий Петрович Тищенко, 1914 года рождения, пошел на службу в оккупационную полицию в августе 1942 года, затем стал старшиной зондеркоманды СС «10-а», позже – следователем гестапо. Николай Семенович Пушкарев, 1915 года рождения, служил в зондеркоманде командиром отделения, Иван Анисимович Речкалов, 1911 года рождения, уклонился от мобилизации в РККА и после вступления немецких войск вступил в зондеркоманду. Григорий Никитич Мисан, 1916 года рождения, тоже был полицаем-добровольцем, как и ранее судимый Иван Федорович Котомцев, 1918 года рождения. В пытках и казнях советских граждан участвовали Юнус Мицухович Напцок, 1914 г.р.; Игнатий Федорович Кладов, 1911 г.р.; Михаил Павлович Ластовина, 1883 г.р.; Григорий Петрович Тучков, 1909 г.р.; Василий Степанович Павлов, 1914 г.р.; Иван Иванович Парамонов, 1923 г.р. Суд был быстр и справедлив. 17 июля 1943 года Тищенко, Речкалов, Пушкарев, Напцок, Мисан, Котомцев, Кладов и Ластовина были приговорены к высшей мере наказания и 18 июля 1943 года повешены на центральной площади Краснодара. Парамонов, Тучков и Павлов получили по 20 лет лишения свободы.

Однако, другим участникам зондеркоманды «10-а» тогда удалось избежать наказания. Прошло двадцать лет, прежде чем в Краснодаре осенью 1963 года состоялся новый процесс над гитлеровскими приспешниками – палачами, убивавшими советских людей. Перед судом предстали девять человек - бывшие полицаи Алоис Вейх, Валентин Скрипкин, Михаил Еськов, Андрей Сухов, Валериан Сургуладзе, Николай Жирухин, Емельян Буглак, Урузбек Дзампаев, Николай Псарев. Все они принимали участие в массовых убийствах мирных жителей на территории Ростовской области, Краснодарского края, Украины, Белоруссии.

Валентин Скрипкин до войны жил в Таганроге, был подающим надежды футболистом, а с началом немецкой оккупации записался в полицаи. Он скрывался до 1956 года, до амнистии, а затем легализовался, работал на хлебокомбинате. Потребовалось шесть лет кропотливой работы, чтобы чекисты установили: Скрипкин лично участвовал во множестве убийств советских людей, в том числе и в ужасной бойне в Змиевской балке в Ростове-на-Дону.

Михаил Еськов был черноморским матросом, участником обороны Севастополя. Два матроса в окопе на Песочной бухте стояли против немецких танкеток. Один матрос погиб и был похоронен в братской могиле, навсегда оставшись героем. Еськова контузило. Так он попал к немцам, а потом от безысходности поступил на службу во взвод зондеркоманды и стал военным преступником. В 1943 году его арестовали первый раз – за службу в немецких вспомогательных частях, дали десять лет. В 1953 году Еськов освободился, чтобы в 1963 году сесть опять.

Николай Жирухин работал с 1959 года преподавателем труда в одной из школ Новороссийска, в 1962 году заочно окончил 3-й курс педагогического института. Он «раскололся» по собственной глупости, поверив, что после амнистии 1956 года его не ждет ответственность за службу у немцев. До войны Жирухин работал в пожарной охране, затем был мобилизован и с 1940 по 1942 гг. служил писарем гарнизонной гауптвахты в Новороссийске, а во время наступления немецких войск перебежал на сторону гитлеровцев. Андрей Сухов, в прошлом – ветеринарный фельдшер. В 1943 году он отстал от немцев в районе Цимлянска. Его задержали красноармейцы, но отправили Сухова в штрафбат, затем он был восстановлен в звании старшего лейтенанта РККА, дошел до Берлина и после войны жил спокойно, как ветеран ВОВ, работал в военизированной охране в Ростове-на-Дону.

Александр Вейх после войны работал в Кемеровской области в леспромхозе – пилорамщиком. Аккуратного и дисциплинированного работника даже выбрали в местком. Но одно удивляло коллег и односельчан – за восемнадцать лет он ни разу не покидал пределы поселка. Валериана Сургуладзе арестовали прямо в день собственной свадьбы. Выпускник диверсионной школы, боец зондеркоманды «10-а» и командир взвода СД, Сургуладзе был повинен в смертях множества советских граждан.

Николай Псарев поступил на службу к немцам в Таганроге – сам, добровольно. Сначала был денщиком у немецкого офицера, потом оказался в зондеркоманде. Влюбленный в немецкую армию, он даже не пожелал раскаяться в совершенных им преступлениях, когда его, работавшего прорабом строительного треста в Чимкенте, арестовали спустя двадцать лет после той страшной войны. Емельян Буглак был арестован в Краснодаре, где он обосновался после долгих лет скитаний по стране, сочтя, что уже нечего бояться. Урузбек Дзампаев, торговавший лесными орехами, был самым неприкаянным среди всех задержанных полицаев и, как показалось следователям, даже с некоторым облегчением отнесся к собственному аресту. 24 октября 1963 года всем подсудимым по делу зондеркоманды «10-а» был вынесен смертный приговор. Спустя восемнадцать лет после войны заслуженное наказание все же нашло палачей, лично уничтоживших тысячи советских граждан.

Краснодарский процесс 1963 года был далеко не единственным примером осуждения гитлеровских палачей даже спустя много лет после победы в Великой Отечественной войне. В 1976 году в Брянске один из местных жителей случайно опознал в проходившем мимо мужчине бывшего начальника Локотской тюрьмы Николая Иванина. Полицая арестовали, а он, в свою очередь, сообщил интересные сведения о женщине, за которой еще со времен войны охотились чекисты – об Антонине Макаровой, более известной как «Тонька-пулеметчица».

Бывшая санитарка РККА, «Тонька-пулеметчица» попала в плен, потом бежала, скиталась по деревням, а затем все же пошла на службу к немцам. На ее счету – не менее 1500 жизней советских военнопленных и мирных жителей. Когда в 1945 году Красная Армия захватила Кенигсберг, Антонина выдала себя за советскую медсестру, устроилась работать в полевой госпиталь, где познакомилась с солдатом Виктором Гинзбургом и вскоре вышла за него замуж, сменив фамилию. После войны Гинзбурги поселились в белорусском городе Лепеле, где Антонина устроилась работать на швейную фабрику контролером качества продукции.

Настоящая фамилия Антонины Гинзбург – Макаровой стала известна лишь в 1976 году, когда ее брат, проживавший в Тюмени, заполнял анкету для выезда за границу и указал фамилию сестры – Гинзбург, в девичестве – Макарова. Этим фактом заинтересовались органы государственной безопасности СССР. Наблюдение за Антониной Гинзбург продолжалось более года. Только в сентябре 1978 года ее арестовали. 20 ноября 1978 года Антонина Макарова была приговорена судом к высшей мере наказания и 11 августа 1979 года расстреляна. Смертный приговор Антонине Макаровой стал одним из трех смертных приговоров в отношении женщин, вынесенных в Советском Союзе в послесталинскую эпоху.

Шли годы и десятилетия, а органы безопасности продолжали выявлять палачей, виновных в гибели советских граждан. Работа по выявлению нацистских прихвостней требовала максимальной внимательности: ведь под «маховик» государственной карательной машины мог попасть невиновный. Поэтому, чтобы исключить все возможные ошибки, за каждым потенциальным кандидатом в подозреваемые наблюдали очень долго, прежде чем принималось решение о задержании.

Антонину Макарову КГБ «вело» более года. Сначала ей подстроили встречу с переодетым сотрудником КГБ, который завел разговор о войне, о том, где служила Антонина. Но женщина не вспомнила названия воинских частей и фамилии командиров. Затем на фабрику, где работала «Тонька-пулеметчица», привезли одну из свидетельниц ее преступлений и та, наблюдая из окна, смогла опознать Макарову. Но и этого опознания следователям показалось мало. Тогда привезли еще двоих свидетельниц. Макарову вызвали в собес якобы для перерасчета пенсии. Одна из свидетельниц сидела перед собесом и опознала преступницу, вторая, игравшая роль работницы собеса, тоже однозначно заявила, что перед ней – сама «Тонька-пулеметчица».

В середине 1970-х гг. проходили первые судебные процессы над полицаями, повинными в уничтожении Хатыни. Судья Военного трибунала Белорусского военного округа Виктор Глазков узнал имя главного участника зверств – Григория Васюры. Мужчина с такой фамилией проживал в Киеве, работал заместителем директора совхоза. За Васюрой установили наблюдение. Респектабельный советский гражданин выдавал себя за ветерана Великой Отечественной войны. Тем не менее, следователи отыскали свидетелей преступлений Васюры. Бывшего нацистского карателя арестовали. Как он не отпирался, но вину 72-летнего Васюры удалось доказать. В конце 1986 года он был приговорен к смертной казни и вскоре расстрелян – спустя сорок один год после Великой Отечественной войны.

Еще в 1974 году, спустя почти тридцать лет после Великой Победы, в Крым приехала группа туристов из Соединенных Штатов Америки. Среди них был и американский гражданин Федор Федоренко (на фото). Его личностью заинтересовались органы безопасности. Удалось выяснить, что в годы войны Федоренко служил охранником в концентрационном лагере Треблинка на территории Польши. Но охранников в лагере было много и далеко не все из них принимали личное участие в убийствах и пытках советских граждан. Поэтому личность Федоренко стали изучать более подробно. Выяснилось, что он не только охранял заключенных, но и убивал и пытал советских людей. Федоренко был арестован и выдан Советскому Союзу. В 1987 году Федор Федоренко был расстрелян, хотя на тот период ему уже было 80 лет.

Сейчас уходят из жизни последние ветераны Великой Отечественной войны, уже очень пожилые люди – и те, на чью долю в детские годы выпали страшные испытания быть пострадавшими от нацистских военных преступлений. Конечно, очень стары и сами полицаи – самые младшие из них являются ровесниками самым младшим ветеранам. Но даже столь почтенный возраст не должен быть гарантией от привлечения к ответственности.

В относительных долях от численности всего народа. Представленный ниже материал напрочь развеивает миф о ВОВ, как о "Второй Гражданской, когда руССкий народ встал на борьбу с кровавым тираном Сталиным и советским иудокаганатом".
И так слово автору, коллеге harding1989 в Антисоветские воинские формирования
Я решил представить на суд общественности пару наглядных (на мой взгляд) графиков и табличку, чтобы кое-что стало ясней.

1) На борьбу с жидосовком (ТМ) встало ажно 0,4% истинно руССких людей. Мягко говоря - не впечатляет.
2) Самыми активными борцунами с советской властью стали такие славянские (и арийские, разумеется) народы, как латыши, эстонцы и калмыки. Особенно, конечно, последние. Зип файл, куда там.
3) Русские даже не дотягивают до "нормы". Т.е. если в Союзе их было около 51,7% от общей численности населения, то среди воевавших на стороне врага их оказалось где-то 32,3%.

Вот такая вот "Вторая Гражданская".

Источники:
Дробязко С.И. "Под знамёнами врага. Антисоветские формирования в составе германских вооружённых сил 1941-1945 гг." М.: Эксмо, 2005.
Население России в XX веке: Исторические очерки. В 3-х т. / Т.2. 1940-1959. М.: РОССПЭН, 2001.
Soldatenatlas der wehrmacht von 1941
Материалы сайта demoscope.ru